big-archive.ru

Большой информационный архив

                       

Борис Михайлович Житков

(1872 — 1943)

 

Борис Михайлович Житков

 

Б. М. Житков — профессор Московского университета видный биолог и географ, известный своими исследованиями Севера России и ряда других областей. Он занимался также вопросами исторической географии и, в частности, установил по документам, описана месте и нанес на карт; древний морской торговый путь от Беломорского побережья в Мангазею, пересекавший по речным « озерным системам полуострова Канин и Ямал. Многие географические работы Житкова отстаивали приоритет русских открытий в Арктике. Воспринят от своего университетского учителя А. П. Богданова (мир пика К. Ф. Рулье) интерес к вопросам практического применения зоологии, Житков много работал в области охотничьего хозяйства, зоогеографии промысловых животных, шелководства, акклиматизации и т. п.

После Октябрьской революции Житков развернул особенно интенсивную деятельность, был инициатором и руководителем широкого географического и экологического изучения промысловых наземных позвоночных СССР, создал большую школу специалистов в области охотничьего и пушномехового хозяйства, разрабатывал вопросы преобразования нашей фауны путем акклиматизации новых ценных видов животных. При участии Житкова и его учеников в период 1923 — 1935 гг. были осуществлены многочисленные исследования географического распространения и плотности населения мелких видов пушных зверей, ранее не привлекавших внимания, т. е. выявлены новые сырье вые ресурсы и пути их освоения.

Большую роль Житков сыграл в акклиматизации у нас ряда пушных зверей, давшей блестящие результаты. За географические труды Житков был награжден медалями нескольких ученых обществ и премией имени Н. М. Пржевальского от Русского географического общества. Вместе с тем он был превосходным популяризатором. Его многочисленные научно-популярные работы, написанные простым и образным языком, содержат замечательные описания природы нашей родины; они успешно содействовали распространению географических знаний.

В работах о морском пути в Сибирь Житков настойчиво пропагандировал идею о необходимости скорейшего экономического оживления Севера; при этом одной из важнейших задач он считал улучшение бедственного положения северных народностей. «Иногда приходится слышать мнение, что маложизненные... племена Северной Сибири, — писал Житков, — все равно обречены на вымирание, и задерживать это естественное течение вещей для государства нет оснований». Отвергая этот достаточно распространенный тогда взгляд как совершенно ошибочный, Житков утверждал, что представителей народов Севера государство обязано рассматривать как «граждан, имеющих право рассчитывать на известную долю участия государства в их судьбе и жизни». Большое значение Житков придавал развитию хозяйства Сибири в ближайшем будущем, которое он предвидел и в свете которого и следовало, по его мнению, решать вопрос о судьбе племен и народностей, сумевших заселить и освоить области с крайне суровыми природными условиями.

Когда в бассейне реки Колымы из-за крайне неудовлетворительного снабжения населения припасами и неудачи промыслов начался голод, Житков добился снаряжения специальной экспедиции, доставившей продукты и выяснившей причины бедствия.

Так, в условиях царской России — тюрьмы народов — Жит ков по мере сил и возможностей отстаивал интересы и право на лучшее будущее угнетенных национальностей.

Житков родился 20 сентября 1872 г. в с. Михайловке (Поляны) Ардатовокого уезда Симбирской губернии и принадлежал к дворянскому роду. Дед Житкова, служа в артиллерии, участвовал во всех войнах против Наполеона, был ранен в Бородинском бою, сражался под Дрезденом, Лейпцигом, входил в Париж и умер в 1840 г. в чине генерал-майора. Отец Житкова, военный инженер по образованию, участвовал в защите Севастополя и был награжден двумя орденами за храбрость. Детство будущего ученого и путешественника протекало в патриархальной дворянской усадьбе, находившейся в долине реки Алатыря, в красивой местности, с разнообразными и богатыми дичью угодьями. Мальчик рано пристрастился к охоте. С восьми лет, взяв в руки ружье, он оставался верен увлечению охотой до конца жизни.

Глубокий интерес к природе, тонкое понимание ее красот — характерные черты творческого облика Житкова; ими он обязан раннему увлечению охотой, сыгравшему такую же роль в формировании интересов Н. М. Пржевальского, Н. А. Северцова и многих других географов-натуралистов. Унаследовав от отца любовь к литературе, молодой Житков очень много читал, имея под рукой богатую семейную библиотеку. Блестящее знание родного языка, безукоризненный сталь изложения научных работ, яркие, художественно написанные страницы популярных статей Житкова — результат его рано выявившихся незаурядных литературных способностей. Большое значение в формировании взглядов Житкова-юноши имело его постоянное общение с крестьянами-сверстниками как участниками общих игр и спутниками охотничьих экскурсий. Народную речь, народную мудрость Житков любил и ценил, подобно Некрасову; интересы трудового народа были ему близки и понятны.

Не случайно, что позднее в экспедициях, встречаясь на заброшенных окраинах царской России с представителями угнетенных народов, как тогда говорили «инородцев», Житков относится к ним без тени высокомерия, с глубоким сочувствием. Так, например, с особой охотой останавливается он на описании положительных сторон характера ненцев Ямала, — их радушии, великолепном знании природы тундры, техники оленеводства, умении ориентироваться в пространстве и «читать» впервые в жизни увиденную карту. Приехав в Среднюю Азию, с той же охотой Житков отмечает «гостеприимство и полную достоинства приветливость степных рыцарей-туркмен».

В 1886 г., окончив прогимназию в г. Алатыре, он перешел в Нижегородский дворянский институт, откуда поступил на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета. В университете Житков занимался преимущественно зоологией у А. П. Богданова, слушал лекции А. Г. Столетова, А. П. Павлова, К. А. Тимирязева и И. М. Сеченова. В 1896 г. Житков был оставлен при кафедре зоологии для подготовки к научной деятельности и с этого времени уже не терял связи с университетом до последних дней жизни, пройдя путь от ассистента до штатного профессора. Его первые научные работы опубликованы в 1895 — 1897 гг., последние вы шли уже после смерти. Более 200 печатных трудов, посвященных вопросам физической и экономической географии, истории науки, биологии зверей и птиц, зоогеографии, охотничьему хозяйству, шелководству, оленеводству и звероводству составляют научное наследство Житкова. За время с 1893 по 1939 г. он совершил много научных путешествий по поручению различных ученых обществ и правительственных учреждений на европейский и сибирский Север, в дельту Волги, Туркестан, Предкавказье и Закавказье и другие области страны. Несколько раз Житков был в Западной Европе. В начале 1915 г. по поручению Московского университета он ездил знакомиться с научными учреждениями Галиции.

Первая группа наиболее ранних работ Житкова касается фауны Среднего Поволжья. Все они содержат множество интересных наблюдений и ряд ценных обобщений.

В 1893 г. Житков впервые познакомился с Севером, проведя лето на биологической станции Соловецких островов, и навсегда получил интерес к изучению области побережий Ледовитого моря. По поручению Общества любителей естествознания он (вместе с С. А. Бутурлиным) в 1900 г. ездил для географических и фаунистических исследований в бывшую Архангельскую губернию, на Колгуев и Новую Землю. Результаты этих работ, опубликованные в статье «По Северу России», сохраняют свое научное значение до наших дней. В 1902 и 1908 гг. Житков руководил экспедициями Русского географического общества на полуостровах Канин и Ямал, где собрал богатые материалы, послужившие для опубликования серии работ, обеспечивших их автору известность выдающегося географа и знатока нашего Севера. Для стиля работы Житкова, как путешественника, особенно характерна экспедиция на Ямал.

Во второй половине XIX века, когда возник интерес к соединению Оби с Байдарацкой губой каналом через Ямал, несколько экспедиций исследовали на этом полуострове реки Щучью и Падарату, но нужного волока найти не могли. Считалось, что отрезок древнего пути в Мангазею, пересекавший Ямал, установить невозможно, но Житков блестяще решил эту задачу. С топографом капитаном В. Н. Введенским, зоологом Д. П. Филатовым и одним переводчиком, пользуясь только оленьим транспортом, он за короткий срок обследовал двумя параллельными маршрутами центральную область огромного полуострова, переехал по льду на остров Белый и, умело расшифровав не ясные указания исторических документов, установил, что кочи торговых людей в XVI и XVII веках, пройдя Карское море, пересекали Ямал по системе рек Сё-Яха, называвшихся в старину Мутной и Зеленой, и по большим озерам. Древний речной путь и его волок были сняты на карту, так же как и внутренняя часть всего Ямала, у которого до того времени была известна одна лишь береговая линия.

Полный отчет экспедиции, помимо ценных картографических данных, содержит превосходное описание природы полуострова, разделение тундр Ямала на подзоны, богатые материалы по топонимике, гидрологии, зоогеографии, этнографии и др. Этот труд получил высокую оценку, и не утратил научного значения, хотя многое из описанного Житковым уже ушло в прошлое и представляет только исторический интерес. В значительной мере на материалах Ямальской экспедиции Житков написал монографию «Северный олень, как домашнее животное», долгие годы служившую лучшим источником сведений по оленеводству. Житков указывал на большое экономическое значение, которое может получить эта отрасль при научной организации дела. Только в советский период северное оленеводство привлекло за служенное внимание, и идеи, высказанные Житковым в начале нашего столетия, стали претворяться в жизнь.

От региональных физико-географических исследований на Севере Житков перешел к вопросам транспорта, экономики и еще в дореволюционное время посвятил ряд статей проблеме Северного морского пути и другим важным темам. В совокупности эта группа работ Житкова, опубликованных в два первых десятилетия текущего столетия, создала целый этап в изучении природы, хозяйства и перспектив развития Севера, в известной мере подготовив почву для преобразований, начатых после Великого Октября. Большой интерес представляла также брошюра Житкова «Русское Ледовитое море и его экономическое значение», опубликованная Плановой комиссией Государственного колонизационного института. Она была написана в тот период, когда ряд капиталистических стран осуществлял программу захвата северных территорий и вод, искони принадлежавших России. В этой статье имеется указание на то, что, «если рассуждать теоретически, никто не может помешать нам считать... самой северной точкой «русской» части Ледовитого моря — точку полюса».

Многие из вопросов, поставленных или намеченных Житковым в этой брошюре, позднее были решены самой жизнью, практикой социалистического строительства на Севере. Это доказывает, что Житков умел трезво оценивать экономико-географическую обстановку и смотреть далеко вперед. Как выдающийся географ-северовед Житков состоял членом Комитета Севера, при ВЦИК, Полярной комиссии АН СССР и Международной поляр ной комиссии в Брюсселе.

Зоогеографические работы Житкова в последние годы его научной деятельности касались вопросов картографии, истории зоогеографии и, особенно часто, применения ее к обслуживанию нужд социалистического строительства. В период, когда большинство зоогеографов ограничивало содержание этой науки только качественным анализом фауны и установлением причин происхождения ареалов разных видов или отдельных групп животных, Житков настойчиво работал над организацией такого изучения животного мира, которое могло бы дать точные ответы на все вопросы практики. Так, например, он писал: «Для карт по зоогеографии промысловых млекопитающих, где особенно практически важны подробности распространения видов в зависимости от стаций и данные по численности, желательна выработка ситуаций, обозначающих стации (особенно расти тельные сообщества), виды и подвиды (кряжи), а также — в отдельных случаях — сезонные пребывания или передвижения вида и его зависимости фитобиотические, зообиотические и антропогенные».

В связи с поставленными задачами он организует ряд экспедиций, разрабатывавших вопросы методики количественного учета промысловых животных и бонитировки охотничьих угодий. Руководство деятельностью этих партий и редактирование их трудов было выполнено самим Житковым. Не ограничиваясь одними описательными работами, он был инициатором и участником многих мер, имевших целью перестройку и обогащение нашей фауны. Еще в 1925 г., в статье, посвященной вопросам пушномехового хозяйства, он писал: «Громадные мертвые пространства тундры и тайги на севере, пустыни и болота на юге висят мертвым грузом на культурных частях страны, и отыскание возможностей использования таких пространств для жизни и промышленности — одна из важнейших задач нашего хозяйства».

Одним из путей повышения продуктивности болот и плавней Житков считал акклиматизацию новых для нашей фауны видов — ондатры и нутрии. В те годы (1928 — 1932) вопрос о выпуске в СССР мускусной крысы-ондатры встретил много возражений, но Житков и ряд его учеников настойчиво добивались проведения этого мероприятия. С тех пор прошло всего 20 лет и «гиблые» ранее тростниковые плавни многих областей, ныне густо заселенные ондатрой, дают миллионы ценных шкурок и высокие доходы колхозам и колхозникам.

В краткой статье очень трудно описать многогранную и плодотворную деятельность Житкова. Лекции его в университете были содержательны, ясны по форме и очень «доходчивы». Обладая живым интересом к людям, Житков охотно встречался с читательской аудиторией, проводил увлекательные беседы с юными натуралистами, учителями и т. д. Скромный, простой, глубоко обаятельный человек, Житков обладал удивительным даром привлекать сердца всех, кто имел возможность узнать его ближе. Он умер на семьдесят первом году жизни 2 апреля 1943 г. в трудные дни Великой Отечественной войны от осложнений, вызванных тяжелым склерозом. Но и в больнице, в последние недели жизни, благодаря своим научным беседам, своему отзывчивому отношению к людям он пользовался общей любовью соседей по палате.

Имя Житкова — географа и биолога, светлый образ его как учителя, создателя и. руководителя большой школы советских зоологов навсегда сохранятся в истории отечественной науки.

 

Предыдущая глава ::: К содержанию ::: Следующая глава

 

                       

  Рейтинг@Mail.ru    

Внимание! При копировании материалов ссылка на авторов книги обязательна.