big-archive.ru

Большой информационный архив

                       

Александр Евгеньевич Ферсман

(1883 — 1945)

 

Александр Евгеньевич Ферсман

 

А. Е. Ферсман — один из крупнейших советских ученых, самый выдающийся и блестящий представитель минералогической школы В. И. Вернадского. С его именем, так же как с именем его учителя, связано создание новой науки — геохимии. Его труды внесли огромный вклад в познание процессов образования минералов и сыграли исключительную роль в изучении и освоении природных богатств нашей родины. По его инициативе и при его участии были открыты богатейшие месторождения полезных ископаемых большого практического значения, под его руководством создавалась отечественная промышленность редких металлов и металлических полезных ископаемых.

Вместе с тем блестящий ораторский и литературный талант, неиссякаемый энтузиазм и глубокая любовь к науке, которую он стремился передать своим ученикам и широким кругам советских граждан, выдвинули его в ряды виднейших пропагандистов научного знания и классиков популяризации. Он был одним из самых популярных у нас представителей советской науки. О нем знали и его ценили самые широкие круги населения нашей родины. Исключительно близко и дорого было его имя молодежи и детям, для которых он написал лучшие из своих научно-популярных книг. Имя Ферсмана известно ученым всего мира.

Полевые исследования Ферсмана, его неутомимые поиски полезных ископаемых в самых различных районах нашей обширной страны, часто еще почти совершенно не изученных или мало изученных в географическом отношении, внесли большой вклад и в отечественную географическую науку. Им были составлены карты, даны описания этих районов, написаны в увлекательной научно-популярной форме рассказы о своих путешествиях. Не приходится говорить о том значении, которое имели открытия Ферсмана для размещения промышленности в СССР, для экономико-географического преобразования отдельных областей нашей страны, как например Кольского полуострова или песчаной пустыни Каракумов. Жизнь Ферсмана — исключительно яркая и интересная глава в истории мировой науки, целая эпоха в истории познания и освоения минеральных богатств нашей родины.

Ферсман родился 8 ноября 1883 г. в Петербурге. Уже в первые годы жизни проявились его любовь к природе, интерес к ее изучению и «любовь, к камню». Развитию этих склонностей способствовали его воспитание и жизнь в семье. Его отец был в молодости архитектором и очень увлекался своей специальностью. Но в связи с напряженной чертежной работой у него сильно ослабло зрение; и в дальнейшем ему пришлось отказаться от работы в области архитектуры. Он поступил в Академию генерального штаба, после чего был назначен в Крым, а затем военным атташе в Грецию. Здесь он пробыл сравнительно недолго и по Возвращении в Россию получил назначение на пост директора кадетского корпуса в Одессе. Интерес к истории камня в истории культуры, который был так ярко выражен у Александра Евгеньевича, возник еще в ранние годы под влиянием отца.

Мать Ферсмана — Мария Эдуардовна, рожденная Кесслер, племянница известного зоолога, профессора и ректора Петербургского университета К. Ф. Кесслера — получила широкое образование, хорошо знала естественные науки, была хорошей пианисткой. Со стороны матери, с которой Александр Евгеньевич был особенно близок, он встретил отклик на рано пробудившийся у него интерес к изучению природы.

Жизнь его в доме родителей была богата разнообразными впечатлениями. В шестилетнем возрасте он поехал с ними в Грецию. Это было его первое большое путешествие, оставившее неизгладимое впечатление. Еще ранее, лазая в Крыму по скалам в окрестностях Симферополя, где его родители проводили лето на даче, он впервые заинтересовался камнями и стал собирать коллекцию минералов и горных пород. Он с увлечением продолжал это дело в различных областях Греции и Северной

Районы исследований А. Е. Ферсмана

 

Италии, где побывал в годы службы его отца военным атташе. Мать, знакомая с основами геологии и минералогии, помогала ему в составлении коллекции, а отец рассказывал ему в Акрополе, в Софийском соборе, в Венеции об использовании камня в искусстве.

По возвращении в Россию Ферсман продолжал сборы камней в Крыму и в окрестностях Одессы и значительно пополнил свою коллекцию образцами минералов и руд Богемии, Тироля и Западных Альп. Он приобретал их в Карлсбаде [Карловы-Вары], куда неоднократно ездил с матерью, лечившейся там от болезни печени. Эти поездки расширяли его географический кругозор и вызывали все более глубокий интерес к природе и к камню. Его стали интересовать вопросы происхождения камня, за разрешением которых он все чаще стал обращаться к другу их семьи химику проф. Н. Г. Меликову (Меликошвили).

По окончании одесской классической гимназии Ферсман посту пил на естественное отделение физико-математического факультета Новороссийского университета, где предполагал отдаться изучению минералогии. Но его несколько разочаровали лекции по описательной минералогии. Он увлекся политической экономией, историей искусств и даже намеревался оставить физико-математический факультет. Большое значение для дальнейшей научной деятельности Ферсмана имел его переход в Московский университет в связи с назначением отца директором Московского кадетского корпуса. Кафедру минералогии Московского университета возглавлял тогда В. И. Вернадский. Это было время исключительного расцвета его работ, создания им генетической минералогии, зарождения геохимии, развития и роста его замечательной школы. В этой обстановке Ферсман с новой энергией и со всей страстностью своей горячей натуры отдался работе в области любимой науки. Ко времени окончания университетского курса он уже имел пять печатных работ.

По окончании университета ему была предоставлена двухгодичная командировка заграницу. Он работал в Гейдельберге у знаменитых кристаллографов Розенбуша и Виктора Морица Гольдшмидта, был в Париже у петрографа и минералога Лакруа. В лаборатории Гольдшмидта им была написана его обстоятельная, прекрасная монография об алмазе. Вместе с тем он широко использовал возможность посетить интересные месторождения минералов в Германии, Швейцарии, Италии, Франции и в других местах. Особенно большое значение для его дальнейшей работы имела его поездка на остров Эльбу, на знаменитые месторождения драгоценных камней, встречающихся там в пегматитовых жилах. Заинтересовавшись вопросами об образовании пегматитовых жил и происхождении связанных с ними драгоценных и редких минералов, он стал изучать в последующие годы разнообразные месторождения пегматитов в России: пегматиты Урала с их всемирно известными самоцветами, пегматиты Средней Азии, Забайкалья, Украины. За границей он изучал главным образом пегматиты Швеции.

Ферсмана интересовали не только физические и химические свойства драгоценных камней и редких минералов. Его прежде всего увлекали вопросы минералообразования, закономерности распространения и совместного нахождения, или парагенезиса, минералов в земной коре, а с этими вопросами неизбежно связывались опросы о закономерностях распределения в земной коре химических элементов, носителями которых являются минералы.

«Жизнь» химических элементов в земной коре, их перемещения, или миграции, в связи с химическими реакциями, в которые они вступают, их парагенезис составляют содержание науки геохимии. Ферсман, который был прежде всего минералогом-химиком и минералогом-генетиком, неизбежно стал геохимиком. Эта едва зарождавшаяся наука еще требовала большой творческой работы для своего создания, требовала смелости и дерзания научной мысли. Она была наиболее подходящей областью для применения исключительных творческих дарований, таланта и плодотворной научной фантазии Александра Евгеньевича. Он стал одним из крупнейших основателей геохимии, которая сделалась основной областью его исследований на протяжении последних 25 лет жизни.

После возвращения из-за границы наряду с изучением пегматитов Ферсман проводит ряд интересных исследований по вопросам образования минералов вблизи поверхности — области, которая до того времени была почти не затронута наблюдениями минералогов.

Наряду с напряженной научной работой он принимает деятельное участие в общественной жизни Москвы, в частности в организации свободного Народного университета имени Шанявского. В 1910 г. он начал читать там курс минералогии, а в 1912 г. прочел первый курс геохимии. Туда он передал свою детскую коллекцию, превратившуюся с течением времени в пре красное собрание минералов.

В 1912 г., в связи с переездом его родителей в Петербург, Ферсман покинул Москву. В. И. Вернадский, избранный в 1909 т. академиком и находившийся тогда в Петербурге, пригласил Ферсмана принять участие в работах Минералогического музея Академии наук в качестве старшего ученого хранителя. Тогда же Ферсман был избран профессором Бестужевских высших женских курсов.

С 1912 г. начинает выходить научно-популярный журнал «Природа», в организации и редактировании которого Ферсман принимает самое деятельное участие. Он печатает на страницах журнала интересные статьи по вопросам генетической, описательной, региональной и прикладной минералогии и по вопросам геохимии. В связи со все более углубленным и широким изучением пегматитов возрастает интерес Ферсмана к изучению полезных ископаемых. Его поражало слабое развитие горнодобывающей промышленности, отсталость и косность Горного департамента дореволюционной России, слабое развитие химической промышленности, работавшей почти исключительно на импортном сырье.

В 1914 г. в эпоху первой мировой войны вопрос о необходимости использования отечественного сырья встал со всею остротой, так как страна оказалась отрезанной от заграничных источников. При энергичном содействии В. И. Вернадского при Комитете военно-технической помощи организуется Комиссия сырья, которую возглавляет Ферсман. Он предпринимает ряд поездок для изучения слабо разведанных в те годы полезных ископаемых. Он ездит в Крым, на Урал, на Алтай, в Северную Монголию, в Забайкалье, пропагандирует в научно-популярных статьях необходимость изучения отечественных минеральных ресурсов, значение стратегического сырья.

Но только после Октябрьской революции могли широко проявиться его блестящие организаторские способности, только тогда стали действительностью его мечты об изучении минеральных богатств России на всей ее обширной территории и об их широком практическом использовании.

По указанию В. И. Ленина в апреле 1918 г. Академии наук была предоставлена возможность планомерно и систематически изучать естественные производительные силы страны. При Академии наук по инициативе В. И. Вернадского была организована Комиссия по изучению естественных производительных сил России (КЕПС), в работе которой Ферсман принял самое деятельное участие.

В 1919 г. Ферсман, которому тогда было только 36 лет, был избран академиком.

В трудные годы гражданской войны и разрухи, в годы коренной ломки и перестройки государственной жизни Ферсман проводил огромную работу по организации многочисленных экспедиций для изучения полезных ископаемых, по созданию ряда новых специальных институтов и научно-исследовательских учреждений в самой Академии наук и вне ее. Он возглавлял многие из этих учреждений и руководил их работой. В частности, при ближайшем его участии в Ленинграде вне академии был организован Географический институт, ректором которого он состоял.

В 20-х годах по его инициативе и при его непосредственном участии был проведен ряд крупных экспедиций. Экспедиции Ферсмана описаны в его книге «Мои путешествия», исключительно интересной для географа. В ней рассказывается не только о минеральных богатствах, на поиски которых он отправлялся во все концы обширной Советской земли. Ярко и увлекательно описаны им картины природы, ландшафты разнообразных климатических зон от суровых тундр Кольского Заполярья до знойных пустынь Каракумов и разновозрастных горных хребтов от старого Урала и Прибайкалья до возрожденного Алая и Памира и молодого Кавказа.

Ферсман был не только минералогом и геохимиком. Он был географом с широким кругозором и глубоким знатоком географии своей родины. Не случайно принял он такое деятельное участие в основании Петроградского географического института и был его ректором. Он считал необходимым создание хорошо подготовленных кадров страноведов и исследователей-путешественников и сумел привлечь к работе в институте выдающихся географов того времени.

Он организовал в системе Академии наук специальный комитет по исследованию территорий союзных республик (ОКИСАР), преобразованный в 1930 г. в Комиссию экспедиционных исследований (КЭИ). Ферсман был председателем этой комиссии, принимал участие в ряде экспедиций и руководил всеми связанными с ними работами. Организованные им экспедиции всегда носили комплексный характер, отвечая задачам современной географии, которые Ферсман хорошо понимал. Он говорил, что география стала теперь «наукой о связях между явлениями».

Особенно ярки и увлекательны страницы экспедиционной деятельности Ферсмана, относящиеся к «завоеванию» Хибин и овладению богатствами Кольского полуострова. Еще в начале 1920 г. вместе с А. П. Карпинским и А. П. Герасимовым он совершил поездку по Мурманской железной дороге для беглого предварительного ознакомления с ископаемыми богатствами этой неразведанной области. Собранные им в районе озера Имандра образцы пород (нефелиновых сиенитов) с незнакомыми минералами глубоко заинтересовали его и уже осенью того же года он организовал первую экспедицию в Хибины. Это было началом многолетних ежегодных исследований, к которым он стал привлекать все более широкий круг научных работников разных специальностей, продолжая сам неизменно участвовать в каждой экспедиции.

В первые годы много трудностей представляла работа в безлюдной области, где все было ново и не разведано, где на месте низин, показанных на каргах, поднимались никем не описанные хребты, сложенные из пород с невиданными минералами. Без граничный энтузиазм, целеустремленность и упорство, которыми Александр Евгеньевич заражал и всех своих спутников, преодолевали все трудности. Путеводной нитью в поисках минеральных богатств Кольского полуострова были его геохимические представления и его теория минералообразования, объясняющая последовательность выделения минералов из остывающих очагов магмы.

В результате работ, проведенных Ферсманом и его сотрудниками на Кольском полуострове, были открыты богатейшие залежи апатита в Хибинах, никелевых руд в Монче-тундре, обнаружены железорудные месторождения Имандры, титановые руды Африканды и Хабозера. В Ловозерских тундрах найдены громадные скопления минерала лопарита, содержащего редкий элемент ниобий, ценный в практическом отношении, залежи пирротина, магнитного железняка и других полезных ископаемых.

В 1926 г. Ферсман выдвинул новую проблему большого практического значения. Он поставил вопрос о переработке апатитов (содержащих фосфор) на минеральное удобрение и сам разрабатывал технологию этого процесса. Уже в 1929 г. началось промышленное использование хибинских апатитов и быстро вырос в заполярной глуши новый город — Хибиногорск [Кировск]. В 30-х годах у залежей никелевых руд Мончетундры появился второй новый город — Мончегорск. Дикий, почти ненаселенный и неизученный край превратился теперь в важнейший горнопромышленный центр. Основные научные результаты исследования Кольского полуострова изложены в монографии А. Е. Ферсмана «Полезные ископаемые Кольского полуострова».

Начиная с 1924 г. параллельно с изучением Кольского полуострова Ферсман проводит исследования в Средней Азии, которая привлекла его и как геохимика и как географа. Его средне азиатские путешествия не менее интересны и плодотворны, чем изучение Кольских тундр. На следующий год после поездки в предгорья Алайского хребта Ферсман предпринял путешествие на верблюдах к никем еще не разведанным тогда Серным буграм в центре Каракумов, а в дальнейшем совершил первое пересечение этой пустыни на специальных автомашинах «Сахара». Полные приключений и опасностей каракумские экспедиции ярко описаны самим Ферсманом и его Спутником Д. И. Щербаковым. Исследования в Каракумах дали много интересного для познания минералообразующих процессов в пусты не и позволили собрать исключительно ценный в географическом отношении материал. Практическим результатом этих путешествий было основание первого в Советском Союзе серного завода.

Не менее чем пустыни с их своеобразными современными геохимическими процессами привлекают Ферсмана и горы Средней Азии. В начале текущего столетия предполагалось, что в них мало месторождений цветных и редких металлов, что старые месторождения исчерпаны, а новые не могут быть открыты. Но Ферсман не мот с этим согласиться. Он изучает своеобразные рудные месторождения в пещерах северных предгорий Алайского хребта, исследует его сурьмяно-ртутный пояс, его не металлические полезные ископаемые — барий и плавиковый шпат. В 1932 г. он предпринимает нелегкое пересечение пустыни

Кызылкумов на автомашине к отрогам хребта Султан-Уиздаг в Кара-Калпакии. Здесь он обнаруживает многочисленные пегматитовые жилы с разнообразными редкими минералами. Через год мы видим его в Северном Таджикистане, в горах Карамазара, где развивалась металлургия древних народов Средней Азии и где сосредоточены месторождения разнообразных цветных и редких металлов.

Ферсман был научным руководителем большой Таджикско-Памирской экспедиции. Его геохимические идеи легли в основу дальнейших исследований, совершенно изменивших за годы Советской власти представление о минеральных богатствах Средней Азии — страны обильной как цветными и редкими металлами, так и различными видами неметаллического сырья.

Огромна роль Ферсмана в изучении замечательных месторождений драгоценных камней в пегматитах Урала, о которых он так красочно писал в ряде своих научно-популярных книг. Он был одним из главных организаторов Ильменского заповедника и его научной станции. Начало изучения им минералов и полезных ископаемых Урала относится еще к 1912 г. Но в дальнейшем, в годы Советской власти, Ферсман принял самое живое участие в развитии научных исследований и горной промышленности Урала, в освоении его минеральных богатств.

До последних дней своей жизни Александр Евгеньевич сохранял живой и действенный интерес к познанию природы и даже тогда, когда ему был предписан отдых и покой, он не мог отдаваться только спокойному созерцанию. Он глубоко чувство вал красоту природы, и она всегда рождала у него новые мысли, ставила перед ним новые вопросы и неудержимо влекла к новым исследованиям. Так, он всегда использовал свои лечебные поездки на Кавказ для интересных экскурсий и наблюдений и для литературной работы, которой отдавался с особенным вдохновением на лоне природы.

Годы самой напряженной организационной и административной деятельности и участия в многочисленных дальних экспедициях совершенно не отражались на продуктивности его научно-исследовательской и литературной работы. Наоборот, 20-е и 30-е годы — время исключительного подъема и расцвета его творческой научной мысли, наибольшего блеска его литературного таланта. В эти годы вышли его монографии о драгоценных и цветных камнях России, большое, прекрасно оформленное издание, посвященное изучению государственного алмазного фонда, замечательные исследования Тюя-Муюнских месторождений радиевых руд в Фергане, его классическая монография о пегматитах и четырехтомный труд «Геохимия», выдвинувшие его в первые ряды мировых ученых. Подготовлена упоминавшаяся выше монография о полезных ископаемых Кольского полу острова. Написаны многочисленные другие статьи и книги и прекрасные научно-популярные произведения: «Самоцветы России», «Занимательная минералогия», «Воспоминания о камне». Позднее, в годы Великой Отечественной войны, Ферсман полностью сосредоточился на вопросах изучения и поисков стратегического сырья, необходимого для военной промышленности. По его инициативе в Академии наук были организованы специальные комиссии, занимавшиеся разработкой вопросов, важных в оборонном отношении.

Творческий энтузиазм сохранился у Александра Евгеньевича до самого последнего дня его слишком рано прервавшейся жизни. В последний год своей жизни он подготовлял к печати «Геохимию» (т. 5), «Пегматиты» (т. 2) и большую двухтомную монографию о Хибинах, которую хотел закончить к 25-летию хибинских работ. В самые последние месяцы он работал над монографией о своем любимом учителе В. И. Вернадском, смерть которого глубоко переживал.

20 мая 1945 г. прервалась яркая, богатая достижениями жизнь Александра Евгеньевича. Он был в полном расцвете своих творческих сил и трудно оценить все, что он мог бы еще дать советской и мировой науке. Им оставлено огромное научное наследие: более тысячи научных монографий, статей и научно-популярных книг, которые уже много раз переиздавались. Его труды еще долго будут жить, порождая новые творческие искания, новые мысли, ведущие к новым высотам познания.

 

Предыдущая глава ::: К содержанию ::: Следующая глава

 

                       

  Рейтинг@Mail.ru    

Внимание! При копировании материалов ссылка на авторов книги обязательна.