big-archive.ru

Большой информационный архив

                       

Периодическая литература и учебники

Представление о географической литературе, появившейся в изучаемый период, будет неполным, если мы не рассмотрим журналы, возникновение которых было одной из характерных черт того времени, так как в. результате реформ начала XVIII в. сильно расширился круг лиц, интересовавшихся политической жизнью и имевших научные и литературные запросы. Обстановка для издания журналов стала особенно благоприятна после организации Академии наук, которая привлекла из-за границы квалифицированных ученых и выдвинула русские таланты.

По замыслу Петра Первого Академия наук должна была не только быть научным учреждением, но и содействовать распространению знаний среди населения. Это выразилось, в частности, в том, что Академия наук состояла из научной части («совершенной академии»), а также из университета и гимназии, подготовлявших кадры преподавателей и распространявших образование (Куник, 1853, стр. VIII).

Одним из пунктов проекта устава Академии наук, составленного по поручений Петра Первого лейб-медиком Л. Блюментростом, предусматривалось, что «каждый академикус обязан в своей науке добрых авторов,, которые в иных государствах издаются, читать, и тако ему лехко будет, экстракт из оных сочинить. Сии экстракты с прочими изобретениями и рассуждениями имеют от Академии в назначенные времена в печать отданы быть» (там же, стр. XXXVII).

Академия наук выпускала на русском  и немецком языках общеобразовательные и специальные периодические издания, а также делала попытки создать научный журнал на русском языке. Из лиц, принявших участие в выполнении этой задачи, следует упомянуть Г. Миллера; немалую роль. играли также Г. Крафт, Ф. И. Соймонов, П. И. Рычков, Л. Эйлер, Г. Рихман, Ф. Эпинус и другие ученые.

Деятельность в этом направлении Академии наук началась вскоре же после ее открытия, когда в 1728 г. к ней перешло издание календарей-месяцесловов и первой русской газеты (МАН, 1890, стр. 110). Газета начала выходить по указу Петра Первой со 2 января 1703 г. и издавалась до 1711 г. в Москве, а затем то в Москве, то в Петербурге. Известно, что в 1704 г. газета называлась «Ведомости о военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в Московском государстве и во иных окрестных странах» (Пекарский, 1862, т. 2, стр. 87 и 102). Академия наук сумела использовать оба эти издания (календари и газету) для распространения научно-популярных знаний.

Газета, как только ее стала издавать Академия наук, получила название «Санктпетербургские ведомости». Она выходила в 1728 г. еженедельно, а с 1729 г. два раза в неделю. К ней стали прилагаться бесплатно «Примечания», название которых за время их существования несколько раз менялось. Они выходили с 1728 г. по 21 октября 1742 г. с перерывом с апреля 1736 г. до начала 1738 г. (Барков, 1945, стр. 218). К каждому номеру газеты прилагался один выпуск «Примечаний» объемом в четыре-страницы. «Примечания» имели в течение года сплошную нумерацию страниц. За год выходило 104 выпуска, или около 416 страниц.

Как видно из вкладного листка, обнаруженного П. Н. Берковым, одной из причин возникновения «Примечаний» была необходимость объяснять иностранные слова, появившиеся в печати после реформ начала XVIII в, (там же, стр. 215). Но во вступительной статье-, напечатанной в первом выпуске за 1729 г., подчеркивается, что в «Примечаниях» будут комментироваться события и явления, упоминаемые в «Санктпетербургских ведомостях». Вместе с тем редакция «наперед себе выговаривает», что не будет приводить в примечаниях рассуждения на общие темы («резонементы»), «Сие есть нашему намерению противно, которое токмо туда склоняется, чтоб оными публичные ведомости нашим читателям толь лутче и вразумительнее изъяснять» (Исторические, генеалогические и географические примечания в Ведомостях на 1729 год, стр. 2).

С 1739 г. содержание «Примечаний» несколько изменилось. В них стали печататься статьи на философские темы, стихи и т. д. Таким образом, если формально «Примечания» и оставались приложением к газете, имевшим задачу ее комментировать, то по существу в последние годы своего существования это издание вполне могло считаться журналом.

С 1728 по 1731 г. подбором материала для газеты и «Примечаний» и редактированием этих изданий занимался Г. Миллер (МАН, 1890, стр. 110). Потом содержание «Примечаний» стало определяться на совещаниях у советника Канцелярии, где присутствовали академики, в том числе-Д. Эйлер, И. Гмелин и юрист Бекенштейн.

Наряду с описанием политических и военных событий, рассказами выдающихся деятелях, сообщениями о церемониях, торжествах и т. д. большою место в «Примечаниях» занимали общеобразовательные статьи, в которых приводились сведения о странах и государствах или обсуждались вопросы из области астрономии, физики, географии и медицины.

Географии в виде описания путешествий и сообщений о природных явлениях в «Примечаниях» было отведено одно из первых мест, и в отношении" распространения географических знаний в России этому изданию принадлежит почетная роль. Конечно, многие статьи, посвященные вопросам географии, покажутся теперь наивными и неверными, тем не менее они принесли в свое время большую пользу, так как в большинстве случаев освещали в популярной форме различные научные вопросы и давали понятие не только о предмете, но и об истории развития представлений, причем некоторые статьи были даже слишком обильно насыщены ссылками на древнюю и новую литературу. Сообщаемые в «Примечаниях» сведения были тем более ценны, что получать научные книги из-за границы в то время было весьма затруднительно.

Авторы статей придерживались научного метода, опираясь на данные наблюдений и фактический материал и опровергая распространенные предрассудки. Статьи, написанные для «Примечаний», обычно было необходимо переводить, так как академики писали большей частью на немецком языке, и лицам, занимавшимся переводами, приходилось разрабатывать русскую научную терминологию (Берков, 1945. стр. 218).

Чтобы дать представление о характере и значении статей по физической географии, печатавшихся в «Примечаниях», перечислим главнейшие из них. В статье «О земле» (1732) говорится о ее величине, вращении, расположении по отношению к солнцу. Автор пропагандирует взгляды Коперника, высказывать которые приходилось в то время с большой осторожностью, учитывая влияние духовенства. Это была первая статья на такую тему, написанная для широких слоев населения и развивавшая прогрессивные взгляды (Райков, 1947, стр. 252). В работе «О внешнем виде земли» (1738) разбирается вопрос о ее форме «совершенно круглой или продолговатой, с дыней сходной, или сжатой, апельсину подобной», причем отдается предпочтение последнему варианту.

Конечно, рассматривался и злободневный в то время вопрос о землетрясениях. В статье «Изъяснение о трясении земли» (1731) автор придерживался предположения, что «трясущая сила» является результатом «вскипания», происходящего при соединении разных веществ внутри земной коры («селитряных» и «серных» или сернистых и железистых соединений и т. д.), но приводит и другие мнения о причинах, вызывающих землетрясения. Обзору вулканов посвящена статья «О местах огнь из себя выбрасывающих» (1733).

К числу лучших статей по физической географии относится статья Г. Рихмана (Хабаков, 1950, стр. 89) «О достойных примечания переменах, которым поверхность земли от времени до времени подвержена бывает» (1739). Основная идея этого произведения выражена в словах, которыми оно начинается: «Подлинно, что всякая на свете вещь и каждое действо непостижимым нами порядком одно за другим идет и на всякое мгновение ока в другие обстоятельства переменяется. Хотя человек слабыми своими чувствами оных бывающих бесконечных перемен попять и приметить не может, однако же потом за подлинно уверяется, что в наималейшей части времени знатные перемены зделались» (Рихман, 1739, стр. 353— 354).

Автор говорит далее, что эта всеобщая изменчивость «не только одне догадки, но и подлинные важные признаки о многих на земле бывших переменах есть». Он указывает, что рельеф земной поверхности разнообразен, и уже это обстоятельство является причиной его изменений, так как вызывает движение воды с высоких мест к низким; кроме того, «все тяжелые на покатых долинах лежащие тела тотчас скатиться принуждены, как скоро только они наружнею силою от соединения связанных с ними частей высоких мест отделятся». Причиной изменений являются также ветры и дожди. Но этим, конечно, говорит Г. Рихман, не исчерпываются силы, изменяющие рельеф Земли. Почти ежегодно мы читаем об огромных изменениях от «трясений», причиной которых «есть тот самый огонь, который из гор пламень испущающих выходит» (стр. 365).

Очень велики изменения, вызванные наводнениями, особенно великими «потопами» древности: «Ноевым, Огигским, Девкалионским». Свидетельством о бывших огромных наводнениях является обнаруживаемый в некоторых местах состав отложений.

Способствуют изменению рельефа и реки: «Славная в Египте река Нил почти ежегодно всю землю наводняет... и землю на всякой год от часу более возвышает... то и другие реки на разных местах учинили, особливо Гангес и Индус в Ост-Индии, Рона во Франции и река де ла Плата в Америке... Дон и другие реки от часу более разного рода нечистоты в Меотическое море наносят, отчего оно от часу мельче и к хождению судам неспособно бывает» (стр. 375—376). Так постепенно поднимается дно моря.

Море подмывает берега, и они обрушиваются. Так образуются проливы. Вместе с тем, в результате землетрясений, «целые острова в море зделаться могут, которые, ежели то правда к наполнению морскова места также способствуют и то делают, что море по малу выше земли поднявшись разливается». Г. Рихман высказывает предположение, что «сухие земли со временем морскою водою покрыты быть могут, так как уже многие потоплены, а в море новые острова и земли подлинно зделались и впредь произойти могут» (стр. 380, 382).

На ту же тему написана заметка «О полученных из земли разного роду морских раковинах и куриозных рыбьих костях» (1740). Затрагивалась в «Примечаниях» и тема «О происхождении рек» (1733).

Довольно много места уделено вопросам метеорологии. В статье «О ветрах» (1732) автор говорит о ветрах постоянных и переменных направлений и пытается объяснить причины их возникновения. Метеорологии посвящена и работа «О исправном усматривании ветров» (1740). В заметках «О громовой погоде» (1731) и «О молнии и громе» (1735) излагаются представления древних и новых писателей о причинах этих явлений, среди которых упоминается, что молния может возникать в нижних слоях воздуха от «самовозгорания там разных испарений, восходящих от земли». В 1733 г. была опубликована заметка «О дожде и росе», в 1738 г. «Описание наидостойнейших примечания погод и разных воздушных времен, бывших здесь в С. Петербурге с 1726 до конца 1736 г.» Заслуживают внимания статьи «О инструментах, к познанию погод принадлежащих» (1734) и «О необыкновенной стуже прошлой зимы во всей Эвропе» (1740). В «Примечаниях» уделено также место наводнениям в Петербурге. Этой теме посвящена статья «О прибывании и убывании воды в Неве реке» (1741). Две большие статьи— Г. Крафта (1730) и И. Гейнзиуса (1740) посвящены северному сиянию.

По истории географии наиболее интересно напечатанное без указания автора «Известие о Северном морском ходе россиян из устей некоторых рек, впадающих в Ледяное море для проведывания восточных стран» (1742).

В этой статье приводится довольно подробный очерк истории экспедиций, начиная с экспедиции Е. Бузы в 1637 г. до сухопутной экспедиции капитана Д. И. Павлуцкого в 1730 г. Статья была написана X. Винсгеймом по записке Г. Миллера, составленной в 1737 г. в Якутске по предложению В. Беринга (Пекарский, 1870, стр. 479).

Большое значение имела упоминавшаяся выше статья «О сочинении ландкарт» (1742).

Среди авторов, писавших по вопросам физической географии, следует отметить Г. Крафта, который много сделал для распространения естественнонаучных знаний в России. Г. Крафту принадлежали не только многочисленные статьи, но и учебники, которые долго использовались в академической гимназии. Из статей по физической географии, опубликованных в «Примечаниях», им были написаны следующие: «О северном сиянии», «О необыкновенном северном сиянии 1733 г.», «О молнии и громе», «Описание наидостойнейших примечания погод... с 1726 по 1736 год».

«О исправном наблюдении ветрев», «О необыкновенной стуже прошлой зимы во всей Эвропе» (Пекарский, 1870, стр. 465).

Показателем интереса русского читателя к этому изданию может служить то, что после прекращения его выпуска многие из опубликованных в нем работ были переизданы. Так, например, из статей, опубликованных в «Примечаниях», был составлен сборник «Исторические, генеалогические и географические примечания...», который вышел в Москве в 1765 г. В 1766 г. статьи из «Примечаний» начали переиздаваться (тоже в Москве) в виде ежемесячного выпуска, называвшегося «Примечания о разных материях» (известны выпуски за январь—апрель) (Неустроен, 1874, стр. 15).

Этим двум изданиям было предпослано одно и то же предисловие, в котором говорилось: «Хотя предлагаемые в сей книжке рассуждения и известия не вновь сочинены, однако, тем но меньше достойны внимания, ибо оные заимствованы из таких сочинений, в которых оказанное искусство и тщание всегда и от всех заслуживало особливое почтение и похвалу, именно ж из известных, называемых так Примечаний Санкт Петербургской императорской Академии наук».

В 1787 и 1791 гг. некоторые статьи из «Примечаний» были переизданы самой Академией наук в виде сборников (там же).

В своеобразные сборники научно-популярных статей были превращены и многие из издававшихся Академией паук «Календарей или месяцесловов».

Календари появились в России давно и имели довольно большую историю. П. П. Пекарский описывает рукописный календарь 1670 г. царя Алексея Михайловича, составленный с использованием польского образца. На рукописи имеются пометки Петра Первого (Пекарский, 1862, т. I, стр. 283—285). Известны и более поздние рукописные календари конца XVII — начала XVIII в. В 1702 т. появился печатный русский календарь «Святцы или календарь», изданный Копиевским в Амстердаме. Первый напечатанный в России календарь вышел 28 декабря 1708 г. В 1709 г. вышел стенной календарь, известный под названием Брюсовского (Пекарский, 1862, т. I, стр. 289). С тех пор печатные календари выходили регулярно сначала в Москве, а потом в Петербурге. С 1714 г. их начала печатать и типография Киево-Печерской лавры.

В этих календарях, кроме перечня дней и месяцев, приводились краткая хронология исторических событий, названия семи планет и знаки зодиака, сообщались сведения, касающиеся церковных служб и обрядов, указывались фазы лупы, ожидаемые затмения и давались предсказания погоды. Немалое место занимали астрологические предсказания, (иногда в стихах) о войне, мире, урожае, болезнях; наконец, указывалось время, когда лучше всего пускать кровь (там же, стр. 310). Брюсовский календарь содержал также выписки пасхалии, указывал фазы луны и время ее восхода и захода на многие годы. В нем указана широта Москва (55°45'). В календаре на 1714 г. сказано, что время в нем исчисляется но меридиану Петербурга.

При отсутствии периодической печати и справочных изданий календари пользовались большой популярностью, так как в них приводились довольно разнообразные и интересующие всех сведения. Это дало повод называть период до 1726 г. «периодом месяцесловов» (Бобынин, 1886, стр. 97).

После того как календари стали составляться и издаваться Академией наук, их содержание существенно изменилось. В них появились научно-популярные статьи, главным образом по астрономии (отличавшиеся высоким для того времени научным уровнем и большей, чем раньше, точностью приводимых данных), истории и географии. В первом же календаре (на 1728 г.) была сделана попытка не печатать предсказаний, но затем составители от этого отказались, «так как нынешний живой народ упомянутой забавы но хочет лишиться» (Перевощиков, 18546, стр. 536).

Статьи, относящиеся к географии, представляют собой главным образом описания стран и путешествий. В статье Г. Миллера «О земле Камчатке» были впервые опубликованы сообщения о походе В. Атласова и некоторые достоверные сведения о природе этой страны. Сначала в этой статье, которая печаталась в течение четырех лет (1728—1732 гг.), Камчатка отождествлялась в соответствии с данными Н. Витсена и автора примечаний к «Histoire genealogique des Tatars» (1726), с «Землей Ессо». Только возвращение в 1730 г. из Первой Камчатской экспедиции В. Беринга прояснило истинное положение вещей (МАН, 1890, стр. 168—169). В календаре на 1736 г., составленном X. Винсгеймом, было напечатано довольно подробное сообщение о путешествии В. Беринга в 1725—1730 гг. (МАН, 1890, стр. 329). Кроме того, в календарях помещены статьи о плавании В. Баренца, плаваниях северо-западным проходом, а также сообщение Н. Витсена о «Великой Татарии». С 1755 г. в календарях в течение нескольких лет печатался «Реэстр губерниям, провинциям и городам, в Российской империи находящимся», который был позже напечатан под другим названием в журнале «Ежемесячные сочинения к пользе и увеселению служащие». С 1761 г. в календарях стали публиковаться извлечения из материалов метеорологических наблюдений.

Если научно-популярные издания пользовались в России очень большим успехом, то этого нельзя сказать о научном журнале Академии наук. Труды Академии наук, выходившие с 1728 до 1751 г. (включавшие работы за 1726—1746 гг.) под названием «Commentarii Academiae Scien-tiarum Imperialis Petropolitanae» и с 1751 до 1776 г. (включавшие работы за 1747 —1775 гг.) под названием «Novi oommentarii Academiae Scien-liarum Petropolitanae», печатались на латинском языке. Почти одновременно с выпуском первого тома было подготовлено издание на русском языке под названием «Краткое описание комментариев Академии наук. Часть первая на 1726 г.» (1728), В этом издании математические и естественнонаучные статьи были даны в сокращенном виде и с пояснениями. Хотя в предисловии к этому выпуску было сказано, что издание будет продолжено, по уже в следующем году оно было прекращено (Куник, 1853, стр. 27—28). Новый сборник был выпущен только в 1748; г. под названием «Содержание ученых рассуждений императорской Академии наук, изданных в [очередном] томе Новых комментариев». Это издание было вызвано тем, что в регламенте Академии наук, напечатанном в первом томе нового сборника, па конференц-секретаря Академии возлагалась обязанность в конце ноября каждого года публиковать на русском языке с своими замечаниями «содержание всех диссертаций, которые в целый год учинены». Но и это издание просущертвовало недолго; было выпущено ваего четыре тома без указания года издания (I, II и IV томы вышли в 1748, 1750 и 1754 гг., год выхода ITI тома неизвестен) (Неустроев, 1874, стр. 40-41).

Периодические издания преимущественно естественнонаучного направления не удовлетворяли, полностью интересов более широких кругов русского общества, в котором были сильны патриотические настроения и интерес к русской истории. В Академии сказалось влияние Г., Миллера, отличавшегося склонностью к литературе И также интересовавшегося преимущественно историей. Поэтому в Академии наук довольно рана: зародилась мысль о периодическом издании, посвященном вопросам истории. Это видно из брошюры «Объявление предложения, до исправления Российской истории касающегося...» (1732), в которой извещалось, что Академией наук «воспринято намерение в пользу охотникам до истории собрание всяких до российской истории принадлежащих кратких описаний и подлинников сочинить и оные на русском и на немецком языке по частям издавать» (стр. 2—3). Причем пояснялось, что история понимается «во всем своем пространстве, так что до оныя не только гражданские, церковные, ученые и естественные приключения принадлежать имеют, но также и древности, знание монет, хронология, география и пр.» (стр. 3). В приложенной к брошюре «Росписи оных материй, которые в предложенном собрании всяких до истории и географии Российского государства принадлежащих известий и подлинных документов от времени до времени предложены быть могут» предусмотрено: «географическое, хронографическое и топографическое описание всех российскому скипетру подверженных земель, дистриктов и городов» (стр. 7).

Однако в связи с отъездом Г. Миллера в 1733 г. со Второй Камчатской экспедицией он успел выпустить па немецком языке только три части первого тома, названного «Sammlung Russischer Geschichte», и подготовить статьи еще для трех частей того же тома. Во время отсутствия Г. Миллера в течение первых четырех лет были опубликованы оставленные им материалы и подготовленные Т. Байером три части второго тома. После этого издание сборника приостановилось. С 1758 г., когда вернувшийся Г. Миллер снова приступил к этой работе, опубликовав четвертый выпуск второго тома, сборник начал выходить регулярно (МАН, 1890, стр. 251 и 338).

Содержание всех выпусков «Sammlung Russischer Geschichte», вышедших до 1737 г., было почти исключительно историческим. Географический интерес представляют лишь выдержки из путевых записок И. Унковского, которые, впрочем, довольно кратки, сообщение о труде Н. Витсена «Noord en Oost Tartarye» 1692 г. (с указателем к нему), выдержки из французского перевода китайской рукописи с описанием путешествия из Пекина к астраханским калмыкам и выдержки из записок И. Гербера с описанием сел. Кубеша (Кубачи).

Приступив в 1758 г. к продолжению этого издания, когда уже выходил журнал «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие», Г. Миллер заявил во введении к пятому-шестому выпускам второго тома (стр. 291), что одной из главных задач издания является ознакомление иностраных читателей со статьями и сообщениями, относящимися к истории России, публикуемыми в русском ежемесячном журнале. Он отметил также, что в сборнике вполне уместно публиковать описания разных стран, так как это помогает пониманию истории.

Впрочем, Г. Миллер помещал в описываемом издании не только все важнейшие исторические и географические статьи (иногда в несколько измененном виде), появившиеся в «Ежемесячных сочинениях...», но в последних выпусках было опубликовано и несколько работ, которые на русском языке напечатаны не были.

Издание в России XVIII в. книг и журналов на немецком языке соответствовало интересу к России западноевропейских читателей; этот интерес усиливался благодаря связи, которую многие видные иностранные ученые, приглашенные в Петербургскую Академию наук, продолжали : поддерживать с зарубежными странами. Сборники «Sammlung Russischer Geschichte», много способствовавшие правильной информации Западной Европы об истории и географии России, приобрели там популярность. Об этом свидетельствует переиздание их в 1777—1779 гг. в сокращенном виде (в пяти томах) и в Германии (в Оффенбахе-на-Майне). Г. Миллер к этому переизданию отношения не имел (Андреев, 19376, стр. 117).

Кроме сборника «Sammlung Russischer Geschichte», на немецком языке издавались «Примечания» (Historische, Genealogische und Geogra-pische Anmerkungen uber die Zeitungen auf das Jahr.) и календари Академии наук.

В 1755 г. Академия наук приступила к изданию журнала на русском языке, который был приспособлен к запросам любителей научно-популярного чтения, появившихся в русском обществе под влиянием «Примечаний».

22 ноября 1754 г. Г. Миллер заявил на одном из заседаний Конференции Академии наук о предложении президента К. Г. Разумовского издавать с 1755 г. на русском языке журнал по образцу издававшихся ранее «Примечаний». По мысли К. Г. Разумовского, намечавшийся журнал должен был называться «Санктпетербургские примечания», но потом, по предложению М. В. Ломоносова, он был назван «Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие». В решении К. Г. Разумовского немаловажную роль сыграло письмо М. В. Ломоносова к И. И. Шувалову, написанное в 1754 г.: «По приказу Вашего превосходительства старался я достать примечания на ведомости, но получить их не мог. Уже многие и за несколько лет их спрашивают; однако сыскать не могли, за тем, что их по малу было печатано и не по мере Российского государства; а особливо ныне, узнав наш народ пользу наук, больше такие книги хранит для их редкости... Весьма бы полезно и славно было нашему отечеству, когда бы в Академии начались подобные сим периодические сочинения, только не на таких бумажках по одному листу; но повсемесячно или по всякую четверть или треть года, дабы одна или две — три материи содержались в книжке» (Билярский, 1865, стр. 250).

О целях и направлении журнала говорит «Предуведомление» к первому номеру 1755 г., в котором сказано: «При таком учреждении, каково сие, мы себе точных пределов не предписываем, но надлежит, смотря по различию читателей, всегда переменять материи, дабы всякой по своей склонности и охоте мог чем-нибудь пользоваться». Поэтому предполагалось помещать в журнале «не одни только рассуждения о собственно так называемых науках», но и статьи по вопросам торговли, промышленности, техники, искусства и т. д.

Сочинения, которые «ради глубокого их смысла не всем ясны и вразумительны», считались неподходящими. Кроме того, журнал должен был избегать полемики. Предполагалось публиковать и стихи, поскольку редакция считала, что в этом журнале следует «писать не токмо для пользы, по и для увеселения читателей» (Ежемесячные сочинения..., 1755, январь, стр. 5—8).

Все материалы, которые намечалось опубликовать, должны были рассматриваться «особливым собранием..., чтоб ничего закону, государству и благонравию противного, также и ничего другому или самому сочинителю предосудительного и чести вредительного не входило в наши сочинения. Впрочем всякому сочинителю оставляется самому ответствовать в том, что иногда читателям сумнительно или не довольно доказано показаться может» (там же, стр. 11). Авторы статей не получали гонорара, но им выдавали бесплатно оттиски их статей, а некоторым — экземпляры журнала в переплете.

Большую роль в издании журнала играл Г. Миллер, который вложил в это дело огромный труд и был редактором его, а одновременно автором многих статей К статьям других авторов он часто писал примечания. В 1760 г. Г. Миллер жаловался в письме к К. Г. Разумовскому, что около Шести лет несет «неизчетные труды» по изданию журнала, так как академики присылают мало статей, а переводчики и корректоры плохо выполняют свое дело, и ему приходится самому считывать, исправлять ошибки и т. д.

Сначала Г. Миллер работал в журнале безвозмездно, а с 1760 г. к жалованию, которое он получал как академик, было добавлено за эту работу 200 рублей в год. С переездом Г. Милера в 1765 г. в Москву выпуск журнала прекратился (Пекарский, 1868, стр. 10—11).

Журнал стоил 2 руб. в год и расходился в количестве 500—700 экз. В годовом выпуске было от 1000 до 1200 страниц небольшого формата.

Содержание журнала было в соответствии с поставленной целью весьма разнообразным. Если больше всего места уделялось истории, то не были забыты и другие отрасли знания. В нем публиковались статьи по географии, естественным наукам, сельскому хозяйству, медицине, политической экономии, этнографии, статистике европейских государств, педагогике, искусству, военному делу, математике, филологии и т. д. Уделялось место и разным практическим советам (по сельскому хозяйству, лесоводству и пр.). С 1763 г. редакция решила дополнить журнал разделом «Известия о ученых делах, то есть о том, что в ученом свете важного произходит, а паче какие общеполезные книги у всех народов и на всех языках на свет выходят» (Ежемесячные сочинения..., 1763, январь, стр. 3—4). Таким образом, журналу был придан научный уклон. Это решение было принято под влиянием неоднократных записок (в 1758—1761 гг.) М. В. Ломоносова в Канцелярию Академии наук о необходимости печатать обзоры диссертаций, защищавшихся в Академии, и обзоры иностранной литературы (Куник, 1853, стр. LXVLX1X).

Журнал пользовался большой популярностью у современников. Как говорит Е. Болховитинов (Митрополит Евгений, т. 2, 1845, стр. 67), «вся Россия с жадностью и удовольствием читала сей первый русский ежемесячник, в котором много помещено иностранных переводных и большая половина русских любопытнейших статей исторических, географических, коммерческих, ученых и других». О его значении в истории русской журналистики писал в 1851 г. в «Современнике» В. А. Милютин, который считал этот журнал «одним из лучших, какие только издавались в России». По его словам, «Ежемесячные сочинения...» не только приохотили к чтению русскую публику, не только распространили в ней множество полезных сведений и ближе познакомили ее с прошедшим и настоящим состоянием России, но и положили прочное начало отечественной журналистике. Своим примером они доказали пользу периодических изданий» (Милютин, 1851, стр. 2 и 17).

Выдающаяся роль принадлежит этому журналу и в истории русской географии. В отличие от «Примечаний», в нем уделялось сравнительно мало внимания вопросам, связанным с физической географией. В особенности мало было опубликовано по этим вопросам статей русских ученых. К ним относятся обзоры метеорологических наблюдений в Петербурге И. Брауна (1755, 1757 и 1758 гг.), работа С. К. Котельникова (1757 г.) «О водных метеорах», описание пещеры на р. Белой в Оренбургской губернии П. И. Рычкова (1760). Остальные работы, относящиеся к этой области знания, были переводными. Это выдержки из «Натуральной истории де Бифона» (1756 г.), которая пользовалась большой популярностью, статьи из сборников трудов Шведской Академии (1760 г.), «О приливе и отливе морском» (1761) г.) и др., представляла интерес работа Г. Миллера «Долготы и широты разных мест Российской империи, астрономическими наблюдениями определенные» (1757ж).

Ценный материал содержали печатавшиеся в «Ежемесячных сочинениях...» работы регионального, историко-географического и экономико-географического характера. Так, в журнале было опубликовано «Известие о находящихся с западной стороны Каспийского моря между Астраханью и рекою Куром народах и землях и их состоянии в 1728 г.» И. Гербера (1760а), «Описание серного ключа у пригорода Сергиевского при реке Соке» Г. Шобера (1760 г.), «Топография Оренбургской губернии» 11. И. Рычкова (1702), «Древняя пословица: Сибирь — золотею дно» и «Описание Каспийского моря и чиненных на оном российских завоеваний, яко часть истории Петра Великого» Ф. И. Соймонова (1761, 1763) и много статей самого Г. Миллера. Было также опубликовано несколько переводных работ, например «Описание купечества в Китае» (1761 г.), «Торг Амстердамский» (1761 г.), «Рассуждение о познании и описании отечества» Я. Фагтота (1761 г.) и исторических документов о путешествиях в Россию иностранцев (например, «Описание путешествия, коим ездили китайские посланники в Россию, бывшие в 1714 г. у калмыцкого хана Аюки на Волге», 1764 г.).

Некоторые из упомянутых выше работ были вскоре опубликованы в виде отдельных изданий (например, труды П. И. Рычкова, Ф. И. Соймонова).

Статьи Г. Миллера, опубликованные в «Ежемесячных сочинениях...», охватывают большую часть его печатных работ по географии и истории географии. Они составили ему широкую известность в этой области. Ссылки «на Миллера» долгое время были обычными в литературе по истории русской географии XVII и XVI11 вв. Эти статьи немало способствовали высокой репутации журналов. Из напечатанных в журнале работ Г. Миллера следует прежде всего упомянуть его статью «Описание морских путешествий по Ледовитому и по Восточному морю, с российской стороны учиненных» (1758). Эта работа, для составления которой Г. Миллер пользовался многочисленными документальными материалами, долгое время служила одним из источников для изучения истории плаваний русских у северных берегов Азиатского материка в XVII в., а также истории Камчатских экспедиций. Новые данные, существенно дополнившие рассказ Г. Миллера, появились только в первой половине XIX в. (труды ГЗ. Н. Берха. Ф. П. Литке. Ф. II. Врангеля и др.). Но даже и в настоящее время эта работа Г. Миллера представляет интерес, так как часть использованных им документов еще не обнаружена (например, первое донесение И. Козыревского); кроме того, он был современником или участником многих описываемых событий.

Из других работ Г. Миллера, напечатанных в «Ежемесячных сочинениях...», отметим его статью «Известие о ландкартах, касающихся до Российского государства с пограничными землями, также и о морских картах тех морей, кои с Россиею граничат» (1761), которая представляет большую ценность для истории русской картографии. Г. Миллер, обнаруживая прекрасную осведомленность в области мировой и русской картографии, рассказывает в ней   о картах и атласах с изображением территории России, начиная с «Минстеровой козмографии, напечатанной в Базеле в 1550 г.» и кончая картами 1758 г. Перечисляя большое количество подобных изданий, выпущенных в различных странах, Г. Миллер часто сопровождает их справками, свидетельствующими о его больших знаниях. Сводка Р. Миллера, позволяющая ориентироваться в изданиях, рассеянных по разным странам и частью забытых или утерянных, представляет большой интерес и для современных исследователей. Особенно много ценных замечаний и сведений приводится о картах петровского и послепетровского периода. Так, например, Г. Миллер дает описание одного из вариантов атласа И. К. Кирилова, оценку карты Ф. Страленберга, приводит сведения о первых картах России, вышедших за границей после смерти Петра Первого.

О статьях Г. Миллера «Роспись губерниям...» (1757а), «Роспись епархиям...» (1757г), «Долготы и широты...» (1757ж) было сказано выше.

Материалы по истории географии можно найти и в некоторых исторических статьях Г. Миллера. Например, в статье «О первых Российских путешествиях и посольствах в Китай» (1755), в которой упоминаются русские посольства начинал с 1608 г. и приводится подробный рассказ о поездке в Китай Ф. И. Байкова. В статье «Известие о песошном золоте в Бухарин, о чиненных для оного отправлениях, и о строении крепостей при реке Иртыше...» (1760) описывается путь из Сибири в Бухару, приводятся географические сведения по среднеазиатским странам и рассказывается об экспедициях А. Бековича-Черкасского, И. Бухгольца, И. Д. Чередова, И. М. Лихарева.

К числу работ Г. Миллера по истории географии относится и статья «Изъяснение сумнительств, находящихся при постановлении границ между Российским и Китайским государствами 7197 (1689) года» (1757в), в которой с помощью географического материала выясняются недоразумения, возникшие в понимании трактата 1689 г. К этой же тематике следует отнести «Историю о странах, при р. Амуре лежащих, когда оные состояли под Российским владением» (1757г), в которой излагается история походов на Амур В. Д. Пояркова, Е. П. Хабарова, основания Албазина и последующей борьбы за его удержание. Статья заканчивается указанием на права русских плавать по Амуру.

Такова была географическая литература, которую давали журналы того времени. Чтобы представить себе огромный шаг, сделанный в рассматриваемое время в отношении распространения географических знаний, напомним, что до этого периода русский читатель имел в своем распоряжении лишь «Календари-месяцесловы», появлявшиеся раз в год, и газету «Ведомости...», выходившую редко и нерегулярно.

К рассматриваемому нами периоду относится также появление первых учебников географии, составленных в России.

В 1738 г. в Петербурге вышел написанный на немецком языке учеб-пик Г. Крафта по математической и физической географии. В 1739 г. появился и его русский перевод, сделанный И. И. Голубцовым («Руководство к математической и физической географии»). В 1764 г. (уже после смерти Г. Крафта) учебник вышел вторым изданием в переводе Ф. Эпинуса. Как видно из примечания на первой странице, Ф. Эпинус точно передал текст автора, сопроводив его примечаниями, с целью дать некоторые объяснения и исправления, «не умаляя тем чести сочинителя».

По определению Г. Крафта, «география есть наука, показывающая истинное состояние земного круга, нами обитаемого» (1764, стр. 1). Придерживаясь взглядов Б. Варениуса, он делит географию на математическую, политическую, гидрографическую и физическую. Книга состоит из четырех глав. Глава «О математической географии» включает сведения «о земном круге», как «теле мира, которое купно с прочими движется в небесном пространстве» (стр. 4—114). В главе «О физической географии» рассматривается, что «в недрах земли находится, а именно: металлы, камни, минералы, подземный огонь и проч.» (стр. 114—274). В главе «О гидрографии» рассматриваются «разные моря, озера и реки, на земной поверхности находящиеся и которые составляют большую часть оной» (стр. 274—337). Последняя глава называется «О употреблении глобуса и ландкарт» (стр. 337—351). Распределение материала между этими главами не вполне отчетливо. Так, например, в главу, посвященную «математической географии», попадают рассуждения об атмосфере, некоторые замечания о климате и т. д. Раздел физической географии Г. Крафт начинает с замечания, что «оное поныне для разных притом происходящих трудностей весьма мало приведено к совершенству и для того мы во многих местах не в состоянии будем благосклонного читателя удовольствовать обстоятельным изъяснением» (стр. 115).

Для характеристики уровня знаний того времени интересно ознакомиться с его попытками классификации различных видов «собственно так называемой земли» (стр. 119—122). Кроме земли, которая называется «садовой, есть еще «рухлая, или рассыпчатая», и «мокрая, или вязкая, которая глиною называется»; затем он выделяет ряд «особых земель», называемых «каменным, или земляным мозгом», «мыльной землей», употребляемой вместо мыла. Наконец, есть земли, которым приписывают лечебное действие и выпускают их с клеймом. В разделе о солях Г. Крафт рассматривает нашатырь, который, по его словам, «между Египтом и Ливиею у храма Юпитера Аммонского под песком впервые найден, где, как сказывают, родился он от верблюжьей урины» (стр. 127).

В вопросе о происхождении земного шара Г. Крафт опирается главным образом на доводы ученых, стремившихся не разрушать схемы библейского рассказа о сотворении мира и примирить его с имеющимися научными данными. Г. Крафт устанавливает, что местоположение рая было между Тигром и Евфратом, обсуждает вопрос о состоянии природы до и после грехопадения Адама и Евы и т. д. Но, делая уступки библейским легендам, Г. Крафт в то же время во многих случаях излагал эти скользкие для того времени вопросы таким образом, что неприемлемость идей церковников становилась ясной (см., например, сопоставление систем Птолемея, Тихо Браге и Коперника на стр. 25—30).

В главе «О гидрографии» большое место уделено вопросу о кругообороте влаги, сущность которого изложена довольно правильно.

При всех недостатках книга Г. Крафта, которую В. Н. Татищев назвал «благополезной книжицей» и которой М. В. Ломоносов, когда он был адъюнктом, пользовался при чтении лекций (Пекарский, 1870, стр. 464), несомненно расширяла кругозор читателя. В ней были систематизированы сведения, которыми располагала современная автору наука по вопросу об «истинном состоянии земного круга», изложенные просто и поясненные большим количеством легко запоминающихся примеров.

Существенные поправки к тексту Г. Крафта, сделанные Ф. Эпинусом в его обширных примечаниях, свидетельствуют о значительном развитии знаний за 25 лет. Так, например, Ф. Эпинус отмечает, что в «клейменых» землях медики «в нынешние времена мало важности полагают» (Эпинус, 1764, стр. 121). В другом примечании он выражает сомнение, что железо и селитра могут подняться в воздух с парами, как это пишет Г. Крафт, и утверждает, что гром и молния представляют собой явления атмосферного электричества (стр. 248—249) и т. д.

В 1742 г. был издан другой учебник — «Краткое руководство к географии...», составленный, по-видимому, на основе вышедшей в русском переводе географии И. Гюбнера (1719), пользовавшейся широкой известностью (Весин, 1876, стр. 16). Несмотря на некоторые улучшения по сравнению с географией И. Гюбнера (устранение латинских названий географических пунктов, меньшая перегрузка собственными именами), этот учебник, состоящий всего из 66 страниц, представляется очень элементарным. Он составлен в виде описания приложенных к нему 17 ландкарт и содержит сведения о всех частях света и о каждом из европейских государств отдельно. Больше всего места уделяется перечислению городов. Как л у И. Гюбнера, данные по орографии стран не приводятся. В этой книге сохранены упрощенные приемы, заимствованные, возможно, у того же И. Гюбнера. Европа изображается в виде сидящей девицы77, у которой отдельные части тела или одежды представляют собой те или другие государства. Россия, например, представляет собой ее юбку. России отведено в книге сравнительно много места (6 страниц), но меньше, чем Германии (9 страниц). Остальные государства описываются на двух-трех страницах. Сведения о России касаются ее границ, деления на губернии; кроме того, дается перечисление заливов, рек, озер и важнейших городов. Из рек на территории Европейской и Азиатской России упомянуто только 13.

В 1745 г. вышла «Краткая политическая география...», автором которой был X. Винсгейм. Хотя в предисловии сказано, что главной целью книги является обстоятельное описание России, а «о дальних государствах и землях» предполагается дать лишь общее понятие, в учебнике приводится описание только иностранных государств, а о России не говорится. Как уже отмечалось выше, описание России было включено в издание книги на немецком языке.

«Краткая политическая география...» представляет собой описание к «Атласу, сочиненному к пользе и употреблению юношества и всех читателей ведомостей и исторических книг», вышедшему в 1737 г. Из 20 глав (не считая предисловия) Европе посвящено 12 глав (223 стр.), Азии 6 глав (65 стр.), Африке 1 глава (18 стр.) и Америке 1 глава (25 стр.).

Наибольшее место автор уделяет определению границ и описанию городов. Попутно приводятся также сведения о физико-географических объектах (реках, озерах, островах). Больше всего места (как и в учебнике 1742 г.) уделено Германии (50 стр.).

Г. Миллер упрекает автора учебника 1745 г. в том, что он ограничивается упоминанием только тех мест, которые обозначены в весьма несовершенном атласе 1737 г. Поэтому многие существенные объекты пропущены, а объекты, не имеющие значения, упомянуты (Пекарский, 1870, «тр. 478). При справедливости этого замечания следует все же отметить, что «Краткая политическая география...» содержала значительно больше сведений об иностранных государствах, чем какой-либо другой русский учебник, вышедший ранее.

В период с 1758 по 1772 г. вышел еще один учебник, состоявший из четырех частей и называвшийся «Политическая география, сочиненная в сухопутном шляхетном кадетском корпусе для употребления учащегося во оном корпусе шляхетства» (первая часть вышла в 1758 г., вторая — в 1761 г., третья — в 1765 г. и четвертая — в 1772 г.).

Первая часть представляет собой перевод с немецкого труда И. М. Греча, а остальные части были написаны С. Ф. Наковальниным, причем последняя часть была опубликована уже после смерти автора. Давая в первой части книги определение понятия «география», автор говорит, что она «есть познание качества земного шара, нами обитаемого и из земли и воды составленного» (Весин, 1876, стр. 26).

В первой главе излагаются основы математической географии, говорится о географических зонах и климатах (в понимании того времени), приводятся краткие сведения о землях и морях земного шара и объяснения географических терминов.

Страны описываются примерно по следующей схеме: местоположение.

площадь, границы, основные реки и каналы. Приводится административное деление и даются подробные сведения о провинциях и городах, горных системах, «качестве воздуха, плодоносии и произращении земли», численности населения и его национальных особенностях, о языке, религии, торговле и промышленности, о денежной системе, королевских фамилиях, государственном управлении, воинской силе, науке, истории. При такой широкой программе за 14 лет были выпущены только описания Португалии, Испании, Франции, Великобритании и Нидерландов.

В. Касьянов, автор обзора русских географических учебников, причисляет эту книгу к лучшим учебным пособиям, появившимся в России в половине XVIII в., ставя, однако, в упрек автору, что в ней «статистические предметы смешаны с географическими», т. е. нет четкого разделения физической и политической географии (Касьянов, 1832, стр. 106).

 

Предыдущая глава ::: К содержанию ::: Следующая глава

 

                       

  Рейтинг@Mail.ru    

Внимание! При копировании материалов ссылка на авторов книги обязательна.