big-archive.ru

Большой информационный архив

                       

Николай Алексеевич Северцов

(1827 — 1885)

 

Николай Алексеевич Северцов

 

Н. А. Северцов — один из крупнейших русских путешественников-исследователей — принадлежит к числу тех замечательных представителей научной мысли, которыми по праву может гордиться наша родина.

Выдающийся зоолог, основоположник русской зоогеографии и один из основателей экологии, он с полным правом может быть причислен также и к плеяде крупнейших географов и геологов России второй половины XIX века. Этот энциклопедически образованный русский естествоиспытатель был одновременно превосходным топографом и препаратором, охотником и рисовальщиком; с равным успехом он собирал гербарии, производил метеорологические и гидрологические наблюдения и талантливо обобщал свои многолетние исследования.

Характерными чертами научных трудов Северцова были их разносторонность, материалистическая направленность, отражение идеи развития как живой, так и неживой природы.

У Северцова учились энтомологи и ботаники, ихтиологи и орнитологи. Даже историки, этнографы и экономисты находят интересный материал в его трудах. Советские зоологи, зоогеографы и географы до сих пор по праву считают Северцова своим учителем.

Для географии исключительно важны и заслуги Северцова — зоогеографа и эколога, и его заслуги как путешественника, первоисследователя обширных частей Памира, Тянь-Шаня, Кызылкумов, Приаралья и Западного Казахстана.

Северцов родился 24 октября 1827 г. в г. Воронеже. Он был первым сыном в большой семье образованного помещика, отставного подполковника А. П. Северцова. Детство и юность мальчик провел в Воронежской губернии в имениях своего отца — селах Петровском и Землянском. С ранних лет он отличался от других детей сосредоточенным и замкнутым характером, большой наблюдательностью и пытливостью. Он рано полю бил природу и живо ею интересовался. Чтение хорошо подобранной литературы, далекие прогулки с любимым гувернером, а за тем и охота рано воспитали у Северцова стремление к путешествиям и приучили его проникать в скрытую для неискушенного наблюдателя жизнь природы. Особенно хорошо изучил он нравы и повадки птиц, их сезонные изменения, перелеты и узнавал каждую птицу по полету и крику.

Начальное и среднее образование Северцов получил дома. Благодаря хорошим учителям, обширной домашней библиотеке, а, главное, благодаря незаурядным способностям Северцов достиг больших успехов. Он был хорошо начитан, отлично знал иностранные языки и латынь. Еще юношей он решил стать естествоиспытателем и настойчиво готовился к деятельности на этом поприще.

В 1843 г. Северцов поступил в Московский университет на математическое отделение философского факультета, где в то время преподавались все естественные науки. Здесь он вскоре был отмечен как один из наиболее талантливых студентов. Он стал ближайшим и любимым учеником выдающегося мыслителя-материалиста К. Ф. Рулье.

Лекции Рулье производили на Северцова огромное впечатление и по существу подготовили его к дальнейшей деятельности. Сам Северцов впоследствии в своей диссертации так писал об этом: «В слышанном нами курсе общей зоологии профессор обращал особое внимание на важность и современное положение исследований о связи жизненных явлений между собой и зависимости их от внешних условий, от среды и обстановки, в которой живет животное. С тех пор эти исследования окончательно сделались главным предметом моих занятий, и мое любопытство относительно жизни животных приняло научный характер».

 

Экспедиции Н. А. Северцова, А. П. Федченко и В. Ф. Ошанина

 

Рулье выдвигал те руководящие идеи, которые Северцов впоследствии блестяще развил в своих исследованиях в области экологии и географии животных, став одним из основоположников этих наук.

Разносторонние интересы Северцова в студенческие годы привлекли его внимание и к лекциям М. Ф. Спасского, который вел в университете курс физической географии. В них Северцов находил прямую связь с идеями Рулье. Лекции Спасского воз будили в юноше интерес к климатологии и физической географии, заставили его серьезно задуматься над вопросами соотношения и взаимодействия явлений природы. Немаловажную роль в определении научной деятельности Северцова сыграло знакомство его в 1845 г. с исследователем Средней Азии Г. С. Карелиным. Рассказы Карелина о Туркестане так увлекли Северцова, что с этих пор Средняя Азия сделалась, как признается он сам, «научной целью» его жизни.

Под влиянием Рулье, Спасского и Карелина в Северцове сформировался естествоиспытатель-материалист и географ-путешественник. По окончании университета в 1847 г. Северцов продолжал начатые им ранее полевые исследования в Воронежской губернии, наблюдая жизнь животных в природе.

Работу, основанную на этих исследованиях, Северцов представил в качестве магистерской диссертации, которую защитил в Московском университете в 1855 г. В том же году диссертация была опубликована под названием: «Периодические явления в жизни зверей, птиц и гад Воронежской губернии».

Этот труд современниками Северцова был оценен как новое слово в естествознании. Широта постановки вопроса о связях изучаемых организмов с условиями среды позволяет считать эту работу выдающейся по своему значению и для географии. Это была одна из самых первых экологических работ в России. Она содержит ряд характеристик природной среды (климата, недр) описываемых территорий, деление Воронежской губернии на мелкие природные районы, раскрытие связи расселения животных с чередованием леса и степи. Здесь говорится и о существовании трех географических зон («полос») и выделяются для Европейской России и запада Сибири три зоны: тундровая, лесная и степная. За труд о Воронежской губернии Северцов получил Демидовскую премию. Материалистический метод исследования, примененный Северцовым при работе над диссертацией, развивался и совершенствовался им в последующих трудах.

В 1857 г. состоялось первое путешествие Северцова к низовьям Сыр-Дарьи. Спутниками его были ботаник И. Г. Борщов, препаратор Иван Гурьянов, а также топограф, охотник и не большой отряд казаков. Экспедиция была снаряжена Академией наук. Северцов представил первые научные сведения о физической географии, геологии, климатологии и зоологии северо-восточного побережья Аральского моря, северных Кызылкумов, дельты Сыр-Дарьи, северного чинка Устюрта, долины Эмбы, южных Мугоджар и всего степного района от Оренбурга до форта Перовского [Кзыл-Орды]. В низовьях Эмбы Северцав обнаружил выходы нефти.

В результате Сыр-Дарьинской экспедиции Северцовым была впервые положена на карту обширная территория между Оренбургом и Казалинском. Интересна составленная Северцовым карта изменений береговой линии Аральского моря к 1857 г. сравнительно с картой А. И. Буташва 1847 г. Большое место в работах экспедиции заняли экологические наблюдения (линька и сезонные перелеты птиц в связи с особенностями климата и т. п.). Северцов собрал богатые фаунистические, геологические и палеонтологические коллекции, а с помощью И. Г. Борщова — и большой гербарий. Во время этой экспедиции Северцов был захвачен в плен кокандцами. В схватке ему рассекли лицо и шею, почти полностью отрубили ухо. Лишь благодаря счастливой случайности он уцелел и через месяц был освобожден русскими. Рубцы от ран остались у Северцова на всю жизнь.

В 1860 — 1862 гг. Северцов посетил Прикаспийские степи и низовья реки Урал. Несмотря на большую административную работу, которую он выполнял как член комитета по устройству Уральского казачьего войска, научные результаты этой поездки были весьма значительны. Особенно ценными оказались географические, геологические и исторические карты, материалы по климату, экономике, этнографии края, судоходству и рыболовству. Заслуживают упоминания работы: «Климат земли Уральского войска и его хозяйственное значение», «Жизнь красной рыбы в уральских водах» (с решением ряда актуальных вопросов рыбного хозяйства), «Звери Приуральского края» и экономико-географическое изыскание «Заметки об усовершенствовании путей сообщения в Оренбургском крае». Интересно, что железная дорога, соединяющая г. Оренбург со Средней Азией, была проложена приблизительно по трассе, намеченной Северцовым.

В 1864 г. Северцов приступил к изучению Тянь-шаньской горной системы. Исследования эти длились с перерывами до 1868 г. и явились важным этапом в деле изучения Средней Азии.

Тянь-Шань был тогда еще малоизвестен. Первые научные сведения о нем дал П. П. Семенов-Тян-Шанский.

Сведения Северцова об образовании и направлении горных хребтов Тянь-Шаня, наряду с данными П. П. Семенова и в развитие их, опрокинули представления мировых авторитетов того времени (Гумбольдта, Риттера и др.). Окончательно отвергнуто было предположение о вулканическом происхождении Тянь-Шаня и о существовании гипотетического меридионального хребта Болор.

Большим достижением было проникновение Северцова в глубинные области центрального Тянь-Шаня, до него не посещавшегося европейцами. Он уделил много внимания изучению, древнего оледенения Тянь-Шаня, его полезным ископаемым, комплексной характеристике высотной зональности природы. Последнему вопросу Северцов посвятил классическую работу «Вертикальное и горизонтальное распределение туркестанских животных». Большое место в исследованиях на Тянь-Шане занимали вопросы этнографии и географии населения и хозяйства, в частности внедрение земледелия в горные районы. Во всех областях, которые Северцов считал пригодными для земледелия, он проводил специальную «хозяйственную съемку». Из экспедиции он привез богатейшие коллекции.

Одним из значительных белых пятен на географической карте Средней Азии была пустыня Кызылкумы. Северцов совершил научный подвиг, пройдя ее нехожеными тропами при летнем зное в 1874 г. в качестве начальника естественноисторического отдела Аму-Дарыинской экспедиции, снаряженной Русским географическим обществом. В сопровождении нескольких спутников и небольшого каравана верблюдов он достиг дельты Аму-Дарьи, где около полутора лет производил тщательные комплексные географические исследования.

Северцов уже тогда ясно видел богатые перспективы для экономического развития этого безводного и бездорожного края и отчетливо представлял себе значение могучих среднеазиатских рек, говоря, что «истинная будущность Аму и Сыра... в развитии орошения, в развитии производительности по берегам».

Следует отметить, что интересы Северцова в этой экспедиции имели явно выраженное географическое направление. Его занимали и вопросы геоморфологии (механизм образования дюн), и палеогеография (история древних русел Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи), и проекты преобразования природы (например, соединение низовьев Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи через Джаны-Дарью) и т. п.

Подводя итоги Аму-Дарьинской экспедиции, Северцов вновь вернулся к вопросу о климатических изменениях Средней Азии и подкрепил свежими наблюдениями свои выводы об усыхании Аральского моря, сделанные еще во время Сыр-Дарьинской экспедиции.

Памир, одно из грандиознейших нагорий Евразии, в послед ней четверти XIX века был в полном смысле слова «terra incognita». Когда в 1877 г. на Памир направилась экспедиция Русского географического общества под начальством Северцова, не было еще ни одной достоверной карты Памира. Познания о нем ограничивались сведениями А. П. Федченко, которому удалось в 1868 — 1871 гг. дойти лишь до Заалайского хребта.

Северцов первый из европейцев достиг центральной части Памира, Он дал первые точные сведения об орографии и геологии Памира и первые данные о его растительном мире. Фергано-Памирской экспедицией он, по справедливому выражению П. П. Семенова-Тян-Шанского, «превзошел самого себя».

Северцов показал орографическую обособленность Памира от Тянь-Шаня, опроверг мнение о существовании на Памире сплошных плоскогорий, указав, что здесь постоянно чередуются «сыртовый и грядовый типы среднеазиатского рельефа в сочетании с многовершинными горными массивами». Весьма прозорливыми оказались предположения Северцова о продолжающемся поднятии Памира. Свои исследования он изложил в книге «Орографический очерк Памирской горной системы», изданной уже после его смерти.

Из этой экспедиции Северцов также привез разнообразные богатые коллекции. Данные его о возможностях земледелия на Памире оставались в условиях царской России неиспользованными, но были блестяще подтверждены в советское время.

Последняя, седьмая его экспедиция была предпринята им в 1879 г. в целях окончательной проверки орографических особенностей Тянь-Шаня. В этот раз он в короткий срок дополнительно исследовал Семиречье, северные и западные дуги Тянь-Шаня.

Из 57 лет жизни Северцов 23 года провел в путешествиях по Средней Азии. Им было проделано здесь семь экспедиций. Исследованиями его была охвачена почти вся территория Средней Азии, а также южная половина Казахской ССР.

Русское географическое общество, деятельным членом которого Северцов являлся с 1857 г., высоко оценило его заслуги, присудив ему высшие награды Общества — медали: Константинавскую, Литке и Малую золотую. Московский университет присвоил ему в 1868 г. «за путешествия в Туркестане и исследование Тянь-Шаня» honoris causa степень доктора зоологии. В 1875 г. Северцов получил золотую медаль I класса от Парижского географического конгресса, где демонстрировалась «Карта высот внутренней Азии», составленная им в 1872 г.

Литературное наследие Северцова меньше, чем можно было бы ожидать, хотя им было опубликовано более ста работ. Во время экспедиций он не имел возможности систематически обрабатывать материалы, а когда возраст и здоровье не позволили ему больше выезжать в далекие экспедиции и с 1880 г. он принялся за теоретическое обобщение своих путешествий, жизнь его неожиданно оборвалась. Во время поездки из имения Петровского в г. Воронеж произошла катастрофа. На реке Икорец (приток Дона) экипаж, в котором ехал Северцов, провалился под лед. Спутники Северцова сразу вытащили его из воды, однако через несколько минут он потерял сознание и скончался. Случи лось это 26 января 1885 г.

Основные труды Северцова сыграли большую роль в развитии отечественной географии и зоогеографии. К таким работам, помимо упомянутых, можно отнести «Путешествия по Туркестанскому краю» (дневники путешествий по Сыр-Дарье и Тянь-Шаню), «О зоологических (преимущественно орнитологических) областях внетропических частей нашего материка» и др. В них Северцов не только дал ценнейшие сведения о различных частях Средней Азии, но и создал полное научное представление о среднеазиатской природе в целом.

Крупным вкладом Северцова в географию и зоогеографию является подразделение Палеарктики на зоогеографические области на основе учета физико-географической зональности. «Туркестанская карта» была подразделена им на «зоологические участки». В 1867 г. Северцов написал «Орнитологию и орнитологическую географию Европейской и Азиатской России».

Эти труды позволяют считать Северцова основоположником отечественной зоогеографии. Многие из них опередили свой век и до сих пор являются настольными пособиями для специалистов.

Имя Северцова увековечено в ряде географических наименований, названий животных и растений: пик Северцова на Памиро-Алае в хребте Петра I, ледник Северцова на Памире в истоках реки Кашка-Дарья, ледник Северцова в Заилийском Алатау, тушканчик Северцова, Mus Severtzovii (туркестанская мышь), Diptichus Severtzovii, Hyalolaena Severtzo-wiana (современное название Selinum Severzovii), Severzovia Rol (Papillionaceae) — лютик Северцова.

Северцов не оставался равнодушным к идеям, волновавшим лучшую часть русской интеллигенции. Его сочувствие демократическому студенчеству выразилось, например, в деятельном участии в работе «студенческих вспомогательных касс» (60-е годы XIX века). На диспут Погодна и Костомарова Северцов горячо откликнулся статьей в «С.-Петербургских ведомостях» (1860, 25 марта), осудив реакционное направление в исторической науке.

Северцову не привелось вести преподавательской работы. В молодые годы по окончании университета ему было в этом отказано. Совет факультета считал, что склонности к преподавательской работе он не обнаружил, кроме того, он говорил мед ленно, глухим голосом и сильно картавил. Однако, по едино душному признанию Совета, «... г. Северцов всегда отличался необыкновенным трудолюбием и наклонностью к глубокому и полному изучению избранного им предмета». Вопрос о выборе научного пути решился поэтому сам собой, и Николай Алексеевич стал ученым исследователем-путешественником.

Таким образом, Северцов, лишенный возможности преподавать, не вел университетских курсов, не группировал вокруг себя учеников и не создал того, что принято называть научной школой; тем не менее прогрессивные идеи его подхватывались и преемственно развивались.

 

Предыдущая глава ::: К содержанию ::: Следующая глава

 

                       

  Рейтинг@Mail.ru    

Внимание! При копировании материалов ссылка на авторов книги обязательна.