big-archive.ru

Большой информационный архив

                       

Структура землевладения и рентабельность производства продовольствия

Гораздо интереснее проанализировать государственную политику в области землевладения в части, касающейся модернизации его структуры. Как уже упоминалось, для Западной Европы характерна раздробленность этой структуры, и поэтому

увеличения производства продукции сельского хозяйства необходимо добиваться либо путем повышения интенсивности производства, либо за счет увеличения размеров землевладений. Однако в условиях сложившихся отношений собственности практическим путем увеличения объема производства является повышение интенсивности производства. В то же время опыт показал, что повышение интенсивности при данных размерах сельскохозяйственных предприятий ограничивается их доходностью. Поэтому буржуазным экономистам-аграрникам стало ясно, что решить проблему можно только за счет увеличения размеров сельскохозяйственных предприятий, а это должно сопровождаться отказом подавляющего большинства мелких землевладельцев от собственности на землю и прежнего образа жизни.

В интересах увеличения размеров сельскохозяйственных предприятий в качестве цели было намечено создание так называемых «жизнеспособных сельскохозяйственных предприятий». Понятие жизнеспособности сформулировано лишь в общих чертах: жизнеспособным считалось такое сельскохозяйственное предприятие, которое при оптимальных пропорциях факторов (земля, рабочая сила, наличие капитала), при современном техническом уровне и квалифицированном ведении хозяйства гарантирует владельцу уровень жизни, отвечающий среднему по стране уровню. В Западной Европе к категории жизнеспособных можно отнести 10 % сельскохозяйственных предприятий, и они обеспечивают 40 — 50 % валовой продукции сельского хозяйства.

Понятно, что для изменения структуры землевладения подавляющее большинство землевладельцев должно расстаться со своим хозяйством. В соответствии с опубликованным в 1968 г. проектом Мансхольта в странах — членах Общего рынка около 5 млн. крестьянских хозяйств должны прекратить свое существование. Другими словами, чтобы дать импульс процессу ухода крестьянства из родных мест, необходимо посредством различных программ помочь им устроиться в другом месте и одновременно оказать поддержку остающимся в сельском хозяйстве, дабы наладить экономное производство при более благоприятной структуре землевладения. Все согласны с этим принципом, но ни одно западноевропейское правительство не принялось за последовательное и полное его осуществление. Вместо принятия радикального решения проводятся всевозможные мероприятия, направленные на предоставление субсидий, но эти меры под влиянием конкретной ситуации нередко носят печать экспромта.

В период двух последних десятилетий важнейшим средством аграрной политики было регулирование цен: путем крупных дотаций закупочные цены сохранялись на уровне, обеспечивающем средний уровень дохода, в результате чего часто отмечалось перепроизводство продовольствия (молочные продукты, сахар, пшеница, а в последнее время и мясо). В то же время крупные дотации и субвенции не приблизили желаемой цели, а именно достижения пропорционального и стабильного уровня доходов в сельскохозяйственном производстве. Более того, они вызвали обратное действие: возникло ложное представление о жизнеспособности мелких сельскохозяйственных предприятий, что стимулировало сохранение структуры землевладения. Кроме того, на закупку излишков, возникших вследствие перепроизводства, расходовались значительные средства, предназначенные на осуществление программы изменения структуры землевладения.

К настоящему времени разработано много разновидностей программ, стимулирующих изменение структуры землевладения, однако их осуществление происходит с перебоями и часто наблюдается параллелизм в их реализации. В процессе осуществления программы размежевания земель мелкие земельные участки объединяются в крупные массивы, облегчающие доступ для транспорта и с более удобной конфигурацией. Одновременно вкладываются средства в развитие инфраструктуры. В результате подобных действий сокращается число хозяйств, возрастает размер землевладений, увеличиваются урожаи, повышаются производительность труда и доходность. Недостаток  данной системы состоит в том, что она обходится весьма дорого и осуществляется слишком медленно. В ФРГ, например, в 1970 г. создание одного нового хозяйства обходилось в 310 тыс. марок, а весь этот процесс занимал в среднем 5 — 7 лет. При таких темпах, учитывая большое количество мелких хозяйств, потребуется по меньшей мере 30 лет для создания надлежащей структуры землевладений.

С программой размежевания земельных участков тесно связаны программы перевода землевладельцев пожилого возраста на пенсию и поощрения за отказ от землепользования. Это достигается либо путем предоставления повышенной пенсии в случае, если при достижении пенсионного возраста крестьянин отказывается от сельскохозяйственной деятельности, либо путем предоставления пенсии и дополнительных льгот крестьянину до достижения им пенсионного возраста. Эти программы также обходятся весьма дорого, особенно в том случае, когда пенсия предоставляется раньше достижения пенсионного возраста и выплачивается компенсация, пропорциональная размеру сданного земельного участка.

Вышеупомянутые программы органически дополняются программами профессиональной переподготовки, которые призваны способствовать трудоустройству владельцев земель и взрослых членов их семей, покидающих сельское хозяйство. Все это способствует облегчению процесса отказа от традиционного занятия сельским хозяйством. Большим успехом с точки зрения улучшения структуры землевладения пользуются те программы, в рамках которых покрываются все расходы, связанные с профессиональной переподготовкой, переездом на новое местожительство и т. д. Некоторые программы обеспечивают бывшим крестьянам также выплату разовой премии в случае быстрого освоения новой профессии.

Даже такой схематичный обзор мероприятий, проводимых западноевропейскими капиталистическими странами в интересах улучшения структуры землевладения, говорит о прилагаемых в данной области усилиях. Стремления, направленные на разделение функций между теми, кто владеет землей, и теми, кто ее обрабатывает, наглядно свидетельствуют о том, что развитие требует новой формы собственности. Общий недостаток всех попыток — то, что они решают проблему в узких рамках частной собственности. Если в результате осуществления серии государственных реформ и была бы создана структура крупных капиталистических хозяйств с применением наемного труда, государству все равно пришлось бы и впредь выплачивать дотации тем хозяйствам, которые вследствие низкой эффективности земель получали бы меньшую прибыль. Учитывая, однако, всевозможные политико-экономические интересы, государства скорее избирают этот путь, чем путь неограниченного импорта продовольствия.

Рассмотрим теперь зависимость между структурами земельных владений, производством и формированием доходов. Напомним, что в начале анализа нами были выделены две основные проблемы: вопрос о структуре земельных наделов и доходах, а также вопрос об обеспечении равновесия между производством и спросом.

Согласно статистическим данным развитые в промышленном отношении западноевропейские капиталистические страны в 1967 — 1969 гг. занимали важное место в мировой торговле продовольствием. Их экспорт в то время составлял 13 млрд. долл., а импорт — 25 млрд. долл. в год, т. е. они имели отрицательное сальдо 12 млрд. долл. Если же рассматривать темпы роста спроса, то здесь можно заметить резко снижающуюся тенденцию: в 1950 — 1960 гг. в среднем темпы роста спроса составляли 2,56%, в 1960 — 1970 гг. — 2,46, а в 1970 — 1980 гг. —  всего лишь 1,41 %.

В то время как темпы роста спроса на продовольствие снижаются, происходят существенные сдвиги и в структуре потребления. Они объясняются целым рядом причин, важнейшие среди которых следующие:

сокращение потребности в калориях из-за распространения более легких видов работ и повышения средней продолжительности жизни;

сдвиг спроса в сторону более ценных, высокопереработанных видов продовольствия из-за роста доходов населения;

увеличение занятости женщин;

повышение в структуре питания удельного веса рано и поздно созревающих культур, т. е. регулярное потребление продуктов, производимых в южных широтах;

изменение цен на взаимозаменяемые продукты;

широкое распространение современных знаний диетологии.

Рост потребления продовольствия, особенно при высоком уровне потребления, означает не количественное увеличение, а скорее сдвиг в сторону более ценных продуктов, спрос на которые, как правило, характерен для потребления при высоком уровне доходов населения. Общее характерное изменение в структуре потребления продовольствия — увеличение спроса на мясо, яйца и фрукты по мере роста доходов населения.

Что касается главных направлений изменения спроса на продовольствие в странах Западной Европы, то можно констатировать, что они в этом отношении приближаются к уровню насыщенности рынка, и поэтому в росте спроса на продовольствие более существенную роль играет рост численности населения. Поскольку темпы роста населения невысоки, темпы роста спроса на продовольствие при изменении структуры питания замедляются.

Как упоминалось, в 50 — 60-е годы сельскохозяйственное производство росло высокими темпами. В Западной Европе, например, в 1952 — 1972 гг. оно возрастало в среднем на 2,5 %.

Тенденции изменения спроса и предложения нетрудно определить при сопоставлении их темпов роста. Сопоставление данных по Западной Европе показывает, что в то время как в 50-е годы спрос и производство возрастали примерно равными темпами, в 60-е и 70-е годы среднегодовые темпы роста производства опережали рост спроса. Наиболее приемлемым средством защиты интересов производителей сельскохозяйственной продукции являлась политика цен, дотация к ценам, применение различных форм протекционизма, в частности, за счет установления таможенных пошлин и т. д.

Сегодня ясно, что из дотации к ценам самую большую выгоду извлекали крупные предприятия не только потому, что объем их производства больше, но и потому, что они производили продукцию при более низкой себестоимости. В то же время эта система стимулирует сохранение мелких крестьянских хозяйств, так как мешает их владельцам осознать, что их предприятия лишены будущего. Так сказалось влияние политики цен на отсталой структуре землевладений в Западной Европе. Это имело место как раз в то время, когда в большинстве западноевропейских стран быстро развивалось промышленное производство и имелось достаточно рабочих мест для тех, кто уходил из сельского хозяйства. Вместо применения этой рабочей силы пришлось, создавая дальнейшие социальные проблемы, привлекать к производству в странах Западной Европы многомиллионную армию иностранных рабочих. А сегодня рабочая сила, высвобождающаяся из сельского хозяйства, может лишь пополнить огромную армию безработных.

Нынешняя политика в области сельского хозяйства в странах Западной Европы порождает по меньшей мере столько же проблем, сколько и решает. Искусственное сохранение на высоком уровне сельскохозяйственных цен вызывает необходимость введения ограничений на импорт, что идет вразрез с интересами стран-экспортеров. Дотации на нужды сельского хозяйства становятся все более обременительными расходами для государственного бюджета. Ни научно-технический прогресс последних трех десятилетий, ни быстрый рост производства продовольствия в странах Западной Европы не смогли уравновесить тормозящего эффекта, вызываемого устаревшей структурой землевладения.

Одним из решений могла бы стать национализация земли, хотя бывшие владельцы и в этом случае получали бы доходы от своих земель по крайней мере в течение какого-то определенного времени. Однако в развитых капиталистических странах земля и по сей день остается символом частной собственности и возможности для ее национализации нет. Интересно, что в отраслях, непосредственно связанных с землей, получили наибольшее развитие капиталистические предприятия по производству продовольствия, например по производству мяса птицы.

Добавим, что в этих отраслях впервые были разработаны крупномасштабные промышленные технологии, т. е. было достигнуто максимальное сходство сельского хозяйства с промышленностью.

Действующие, как правило, во всей Западной Европе исключительно сложные механизмы дотаций и всевозможные программы реформ структуры землевладения призваны в лучшем случае сократить число источников потерь в сельском хозяйстве, притушить их влияние в исторически сложившихся условиях мелкого землевладения. Беда не в том, что сельское хозяйство является отраслью, субвенцируемой в национальных масштабах. Величайшую заботу представляют собой постоянный рост масштабов субвенций, отсутствие оптимальных размеров сельскохозяйственных предприятий, застывшая структура мелкого землевладения.

Реформа сельского хозяйства западноевропейских стран представляет собой исключительно трудную экономическую и политическую задачу. Процесс реформ в этой отрасли может затянуться на десятилетия, трудности еще более усугубятся, а противоречия обострятся, поскольку сложные проблемы возникают не только в сельском хозяйстве, но и во всей капиталистической экономике. В то же время современные производительные силы пытаются раздвинуть границы устаревшей структуры землевладения, требуют создания условий для крупномасштабного промышленного производства. Однако условия для этого в капиталистической экономике не сформировались и искусственное создание подобных условий как по экономическим, так и по политическим соображениям еще в течение длительной перспективы не станет целесообразным. Крестьянские хозяйства будут существовать еще в течение нескольких десятилетий. Но одновременно будет сохраняться и необходимость их замены крупными сельскохозяйственными предприятиями.

Аграрная политика Общего рынка представляет собой сложную систему постановлений и различного рода мероприятий, с помощью которых страны девятки пытаются как-то согласовать противоречивые интересы производителей сельскохозяйственной продукции. Это всевозможные компенсаторы: субвенции, таможенные пошлины, обложения импортных товаров налогом и др. Важнейшим средством совместной сельскохозяйственной политики является фиксирование цен. В политике цен страны Общего рынка оперируют следующими средствами.

Налоги на импортные товары и система таможенных пошлин гарантируют, чтобы импортные сельскохозяйственные продукты не были дешевле, чем продукты, производимые в странах девятки. Система обложения импортных товаров налогами меняется часто и гибко таким образом, чтобы цены на импортное продовольствие всегда превышали действующие в данный момент внутренние цены. Другим средством является скупка излишков сельскохозяйственной продукции. Ныне действующие постановления позволяют скупать за счет средств сообщества и хранить на складах говядину, сливочное и оливковое масло, табак и зерновые. Излишки виноградного вина ликвидируются путем предоставления субвенций на его переработку в технический спирт.

Общая аграрная политика не затрагивает лишь 13 % сельскохозяйственной продукции, производимой в странах ЕЭС. К этим товарам относятся баранина, картофель, мед, лесоматериалы и некоторые виды спиртных напитков. Торговлю ими регулируют национальные постановления каждой из стран. По всей вероятности, овцеводство и производство картофеля также подпадут под юрисдикцию аграрной политики Общего рынка.

Субвенции на экспортную продукцию позволяют производителям из стран Общего рынка продавать товары на мировом рынке по ценам ниже тех, по которым они реализуются на внутреннем рынке. Помимо механизма цен, общая аграрная политика стремится и другими средствами влиять на доходы производителей. Так, время от времени предоставляются целевые премии (при избытке говядины ими стимулируют убой телят). Кроме того, сообщество принимает на себя частичную стоимость складирования продукции, если продажа некоторых сельскохозяйственных товаров в данный момент невыгодна.

Финансирование мероприятий, осуществляемых в рамках совместной аграрной политики, обошлось странам девятки в 1977 г. в 8,6 млрд. долл. Эта сумма на 15 % превышала сумму затрат на те же цели в 1976 г. Сельскохозяйственный фонд ЕЭС в прошлые годы увеличивался ежегодно на 3,5 %. Во всем бюджете ЕЭС в 1978 г. сельскохозяйственный фонд поглотил уже 75 % расходов.

Страны — члены Общего рынка все острее критикуют общую сельскохозяйственную политику. Суть критики сводится к следующему: уровень цен нетерпимо высок, это усугубляет инфляцию, возникают нереализованные излишки продовольствия, все больше помех создает сложная система финансовых расчетов, которая мешает дальнейшему углублению интеграции.

Приведем данные 1977 г. о соотношении уровня внутренних и мировых цен: уровень внутренних цен на пшеницу составлял 204% уровня мировых цен, сливочного масла — 401, говядины — 192, сахара — 176 и молочного порошка — 575 %. А вот некоторые данные об излишках: излишки сахара составляли в 1977 г. 3,3 млн. т, масла — 129 тыс., молочного порошка — 829 тыс. и говядины — 383 тыс. т. Кроме того, нередко образуются «моря» виноградного вина и оливкового масла. Предложение все больше и больше отрывается от реального спроса. Производство молока с 1960 г. ежегодно возрастает на 1,7 %, в то время как его потребление многие годы сокращается. На протяжении последних лет 15 % производимого сахара также не находит спроса. С 1960 г. производство сахара возрастало на 2,5 % в год, а потребление с 1974 г. практически не растет. Производство виноградного вина с 1960 г. растет на 2,2 % в год, а в потреблении отмечается застой. Производство говядины начиная с 1960 г. постоянно превышает на 1,2 % се потребление. Производители сельскохозяйственной продукции в странах ЕЭС с 1968 г. ежегодно увеличивают предложение зерновых на 1,2 %, в то время как в течение 10 лет закупки зерна на продовольственные цели не возрастают, а в продаже зерна на фураж с 1974 г. отмечается застой.

И тем не менее страны ЕЭС являются крупными импортерами сельскохозяйственной продукции. В 1976 г. импорт сельскохозяйственной продукции достиг 37 млрд. долл., т. е. 20 % общего объема импорта. Несмотря на это, поставщики Общего рынка полностью отвергают сельскохозяйственную политику ЕЭС. Протекционистские меры препятствуют увеличению объема продаж, в то же время субвенцированный экспорт из стран ЕЭС ведет к захвату выгодных для других стран рынков сбыта сельскохозяйственной продукции. Объем субвеицированного экспорта в 1977 г. достиг почти 3 млрд. долл.

Критикующие сельскохозяйственную политику Общего рынка избрали мишенью почти непроходимые джунгли финансовых расчетов: это сложное переплетение так называемых «зеленых курсов цен» и системы сборов, призванных «стереть» границы между странами девятки.

Первоначальная цель общей аграрной политики стран ЕЭС состояла в том, чтобы цены на сельскохозяйственную продукцию во всех странах Общего рынка были едиными. Его создатели надеялись, что это позволит производить все виды продукции гам, где для этого имеются наиболее благоприятные условия. Но все произошло по-иному. Единство аграрных цен было нарушено, и, более того, как ни парадоксально, но разница в уровнях цен в странах — членах девятки в наши дни больше, чем была до введения общей аграрной политики. О единой системе цен можно было говорить только в период между 1967 — 1969 гг.

В то время так называемые «зеленые курсы цен», посредством которых цены, установленные в расчетных единицах, были трансформированы во внутренние цены, соответствовали истинным рыночным курсам валют стран Сообщества. Франция в 1969 г. девальвировала французский франк на 11 %, но не хотела, чтобы девальвация взвинтила розничные цены. Поэтому «зеленый курс» остался неизменным и, таким образом, остался неизменным также курс цен на сельскохозяйственные товары. Позднее ФРГ ревальвировала марку на 9 %, но точно так же сохранила «зеленый курс» марки, потому что ревальвация «зеленого курса» повлекла бы существенные потери для западногерманских производителей сельскохозяйственной продукции.

Сохранение «зеленых курсов» без принятия других мер привело бы к тому, что дешевые французские продовольственные товары наводнили западногерманский рынок. Поэтому Общий рынок решил ввести так называемые пограничные сборы в форме субвенции на экспорт, налога на экспорт, субвенции на импорт и налога на импорт. В настоящее время фактический курс национальной валюты совпадает с «зеленым курсом» в Далии. Иными словами, только эта единственная страна применяет «общие цены».

В настоящее время размеры пограничных сборов составляют: в ФРГ импорт облагают 7,5 % - ными сборами (таких же размеров достигает субвенция экспорта); в Бельгии пограничные «сборы составляют 1,4 %. В отношении стран с девальвирующейся валютой складывается противоположная ситуация: импорт получает субвенцию, а экспорт облагается сборами. Величина сборов составляет в отношении Ирландии 5,7 %, Франции — 21,5, Италии — 26,1 и Великобритании — 33,5%. Эти сборы могут суммироваться: например, при экспорте из Западной Германии в Великобританию первая получает сборы в размере 7,5 % в порядке субвенции экспорта и 33,5 % в порядке субвенции Великобританией импорта. Следовательно, общий размер сборов составляет 41 % (в 1978 г.). Субвенция импорта благоприятствует потребителям в Великобритании. Ее присоединение к общей аграрной политике до сих пор повысило цены всего на 3 %.

Положение осложняется тем, что «общие цены» устанавливаются в расчетных единицах. Пограничные сборы с положительным знаком распространяются на ФРГ и страны Бенилюкса, в отношении других стран девятки (за исключением Дании) сборы идут с отрицательным знаком, т. е. они субвенцируют импорт, а экспорт облагают налогом. Сборы приносят пользу производству в ФРГ, Бельгии и Голландии, которое обходится дороже, ограждая его от конкуренции со стороны работающих эффективнее французских, итальянских и британских хозяйств.

Реформаторы общей аграрной политики стремятся упростить чрезвычайно сложную систему поддержания порядка в аграрной сфере.

Брюссельская комиссия в 1978 г. предложила повысить цены производителей всего лишь на 2 %. Однако все стремления стабилизировать цены напрасны, поскольку «зеленые курсы» валют подвергаются девальвации. В 1977 г. вследствие этого сельскохозяйственные цены выросли еще на 3 % сверх официального повышения. Комиссия в ряде случаев в отличие от принципа дотации к ценам предлагала непосредственно субвенцировать производителей продукции. Это позволит повысить доходы производителей и в том случае, если уровень цен вообще не изменится или будет возрастать медленнее доходов. В настоящее время шансов на осуществление всеобъемлющей реформы нет, так как мировая экономика крайне нестабильна.

По материалам книги "Мировая продовольственная проблема", 1979 г.

 

Предыдущая глава ::: К содержанию ::: Следующая глава

 

                       

  Рейтинг@Mail.ru    

Внимание! При копировании материалов ссылка на авторов книги обязательна.